Его истинная. Наследие

Осталась лишь записка…

На приятном на ощупь листке из плотной кремовой бумаги было аккуратным почерком выведено: «На сегодня достаточно. Встретимся завтра в девять. Отдохни… пока что. Алекс».

Я затаила дыхание и замерла с запиской в руках, будто он все еще был рядом и мог меня видеть. Кончики пальцев вспыхнули, а кожа покрылась мурашками. Кошка любопытно навострила уши и опасливо переминалась с лапы на лапу, а я вдруг поняла, что безнадежно влипла… Алекс вроде бы ушел, но его пристальное внимание осталось, и оно было не лучше хозяина.

Только один вопрос мучал – зачем ему столь трудоемкие хлопоты? Не проще заполучить любую другую женщину, а я уверена – зверь найдет подход к каждой, кто его заинтересует. Но нет, он… выбрал меня.

Едва опустилась в кресло, и откинулась на его спинку, где-то затрезвонило. Когда трель повторилась, я опомнилась, что у меня теперь новый мобильник.

– Алиса, Алекс тебя отпустил?

– А он мой новый босс?

Зул усмехнулся:

– Еще чего! Как прошло?

– У Гербера тут туча правок, я бы до завтра хотела их отработать.

Потому что завтра будут новые…

– Так вот, Гербер, – прервал он мой трудоголический порыв, – настоятельно рекомендовал отпустить тебя домой и строго наказать, если ослушаешься его пожеланий.

– А он любитель строгих наказаний, – присвистнула я, поднимаясь с кресла. – Не будем тогда злить Правящего…

– Я тоже так думаю, поэтому карета подана. Отправь мне его правки, завтра дам уже отредактированный документ.

Чувствовала себя каким-то неправильным катализатором процесса.

Приличный бы работал на благо коммуникации и ее продуктивности, я же, кажется, все только усложняла. Значит, вникать мне в договор не нужно… Зная Зула, закрадывалось нехорошее предчувствие, что договор для Магистра – всего лишь предлог. Чем еще объяснить, что он с закрытыми глазами собирается пойти на уступки этому «Шерхану»? А не намеренно ли он наделал в договоре столько зацепок, о которые мы с Алексом спотыкались по пять раз на раздел? Тянул время?

– И Алиса… про Глеба Вольного, – напомнил про утреннюю тему Магистр.

– Не надо, Зул, прошу, он больше меня не тронет.

– Пообещай мне, что что бы ни случилось – ты больше не будешь с этим бороться сама.

Я глубоко вздохнула, задумавшись.

– Обещаю постараться.

– Ох, Карельская… – вздохнул Зул. – До завтра.

Даже добравшись благополучно домой под чутким присмотром Максима Валерьевича, я чувствовала, как по краешку нервов скользит и набухает возбуждение.