Мой босс – палач

Инквизитора и его «место»! Печать начала невыносимо жечься, зараза, и с каждым шагом все больнее! Свернув в женский туалет, я рывком расстегнула пиджак, вытащила блузку из штанов, но стоило воззриться на воспаленный ободок под золотой каемкой печати, позади хлопнули двери.

Я даже не успела обернуться, как оказалась в руках инквизитора.

– Тише, – прорычал он, обхватив одной рукой за шею, а второй – за запястье и толкнул ближе к зеркалу.

Наши взгляды, встретившись, высекли искры в зеркале, а я выгнулась дугой в попытке освободиться, но бесполезно.

Он прижал к себе сильнее, перехватил руку и придавил своей поверх печати:

– Не дергайся, – приказал холодно.

– Убери эту дрянь! – прошипела я, тяжело дыша.

– Невозможно. – Удивительно, но его горячая рука унимала боль. А вот раскаленный шепот на ухо заставлял гореть совсем другим огнем. Оставалось надеяться, что праведным. – Это – твой контракт. Пока не примешь – будет делать больно. Пока не выполнишь – не исчезнет.

– Да пошел ты!

– Покажешь дорогу, – усмехнулся.

– Я не буду на тебя работать! – дернулась снова.

– Будешь, Бабочка… Тш…

– Я на тебя в суд подам!

– Да что ж ты такая бешеная? – усмехался он над ухом. Его парфюм окутывал, впивался в поры – свежий с горчинкой, запах дерзости и свободы. Никаких тяжелых нот – дикий ураган. И я все меньше хотела выдираться из эпицентра стихии, вжимаясь в его тело, чувствуя, как под ладонью пульсирует все сильнее, будто отдельное сердце…

– Одевайся, – хлестнуло холодом, и я тряхнула волосами, часто моргая.

Вернон стоял позади и всматривался в мое лицо в зеркало. Ни следа от усмешки – холодный, жесткий и собранный. – Жду завтра в офисе, документы у твоего куратора.

И он развернулся и вышел, а я пошатнулась и схватилась руками за раковину. Что это, черт возьми, было? Сползла на пол, едва запахнув рубашку, и подтянула дрожащие коленки к груди.

– Бэрри! Бэрри! – послышалось от входа, и стук каблуков больно зазвенел в голове. – Ты как? Что с тобой?

Ким уселась рядом, заглядывая в глаза:

– Я хочу убить ублюдка… – прохрипела я.

– Это он, конечно, отмочил – весь ректорат в шоке…

– Да нет им никакого дела! – поежилась я. – Меня поставили на место, Ким… Этот инквизитор пришел лично обломать мне крылья, понимаешь? Никто не выбивался на финишную прямую из моего рода, а тут – выскочка…

– Би, – Ким потянулась рукой, но я привычно отпрянула. Терпеть не могла, когда меня кто-то трогает. – Ты можешь отказаться.

– Не могу.