Килувыйлейб

Всё шло хорошо, пока к шашлыкам не подали салат. Как положено, тарелка с салатом пришла к Ваньке первому – гость. И тут гость лоханулся и смачно погрузил ложку в середину тарелки! Полагаю, что ложка уже лежала в середине и сама уже почти зачерпнула салат, поэтому вытащить её моему мальчику показалось нерезонным. Тётушка зажмурилась от стыда, и вечером меня ждала лекция по правилам этикета. Понятно, что моё напоминание о том, как подростками мы с Вовкой любили есть руками, Ваньке не помогло. Вовка был где-то рядом, но матери не возражал.

Ещё дня через два тётушка прошлась по теме «искусство и культура конца XIX века», и Ваня запросился домой. Стена Плача, куда они отправились на третьей неделе пребывания, стала для него буквально наглядным пособием. На фотографиях из Иерусалима в Ванькиных глазах, всегда живых и весёлых, застыла вековая еврейская печаль. Было очевидно, что, помимо Солженицына, правил этикета и обзора искусства конца XIX века, я забыла рассказать ему главное – историю нашей семьи, – и теперь Ваня больше всего мечтал, чтобы медузы приплыли раньше июля.

Долина фараонов

– Игорь Ворона -

Не знаю, по какой причине и когда я назвал то место, куда мы все так или иначе попадаем, Долиной фараонов. Возможно, потому, что в школе одним из любимых предметов была «История Древнего мира». А может быть, потому, что по приезде в Америку я пристрастился ко всем историческим каналам, где почти каждый день рассказывали об отношении древних египтян к смерти.

В одном теперь я уверен: они знали про это место гораздо больше, чем вы, коротающие своё время в более просвещённый век.

Богатые строили себе пирамиды, всю жизнь предвкушая, когда их бренное забальзамированное тело вознесётся оттуда вверх. Бедные всю жизнь копили на Книгу мёртвых.

«И что? – спросите вы меня. – Так ли уж каждый день мысль о Долине фараонов сидела в твоей голове?» Нет, конечно. Ведь когда тебе ещё не перевалило за середину, мы не так часто об этом думаем.

Я, наверное, думал чуть чаще других, поскольку не мог свыкнуться с мыслью, что не смогу провожать в Долину родителей, оставленных за Атлантикой. Впрочем, когда после четырёх лет разлуки мои родители переехали в Америку, мысли о Долине и в моей голове стали появляться реже.

::

В первый раз я вернулся к ним на общем семейном обеде, где мои родители знакомились с родителями жены, обретённой мною в Новом Свете.