Пленница медведя

Нельзя… Нельзя хватать и делать все, что хочется. Нельзя жить одним днем, иначе он и правда станет последним. Она права – я привел в дом женщину, а веду себя так, будто завтра не настанет.

Допустим, настанет. Что дальше? Еще вчера было плевать, но сегодня девчонка уже начала впитываться в душу… Я не знаю, что с ней не так. Но она и правда особенная. Пока что, по крайней мере, кажется такой. Она идеально смотрится на кухне, лежит в руках… и стонет подо мной тоже идеально.

– Черт! – ругнулся на мгновенный каменный стояк и закрутил горячую воду, награждая себя ледяным дождем.

Мне кажется, я даже Бога помянул, хотя никогда не молился. Нашел время, что уж…

Наскоро обтеревшись, натянул штаны и вернулся в гостиную. Дана уже приготовила сандвичи из рыбы и масла, на печке похрюкивала овсянка, а в раковине размораживалась черника.

– С возвращением, – бросила на меня напряженный взгляд. – Послушай, давай поговорим. – Передо мной снова возникла чашка кофе, а Дана уселась на соседний стул со своей.

 – Если тебе плохо, я должна быть в курсе…

– Я оставлю тебе все необходимое в подвале – мобильный, оружие, ключи от машины…

– Ты говорил, что машина не заводится, – закатила она глаза.

– Ключи от подвала буду хранить в кармане штанов. Если обернусь, штаны мне больше не понадобятся. – Дана отвернулась в окно, будто ей неинтересно. – Ты меня слышишь?

– Слышу. Но нам же это не нужно, да? – вернула на меня взгляд.

Я сузил глаза на ее лице:

– В смысле?

– Сезар, у тебя есть более привлекательный план, кроме как оставить мне свои штаны?

– Откуда ему быть? – начинал злиться.

– Тебе нужен психотерапевт, – покачала она головой.

– Зато ты, смотрю, оклемалась, – я сжал чашку.

– Хорошо, что ты это заметил. Может, отдашь мне штурвал? Тебе нужна помощь. Сидеть здесь и ждать, пока снова обернешься…

– Нет у нас никакой помощи, – прорычал, устремляя на нее злой взгляд. – Мне не к кому обратиться. Было бы – я бы давно это сделал. Но за пятнадцать лет никто так и не понял, что с нами происходит…

Только не успел закончить, по ушам мягко прошелся звук вибрации.

Я выпрямился и медленно перевел глаза в окно. Дана тоже напряглась:

– Что такое? – проследила мой взгляд.

Я молчал. Потому что точно знал, что это.

Если дружить со спецом по шпионажу, нахватаешься же от него чего-нибудь. Я медленно встал и направился на улицу, но дальше крыльца идти смысла не было. Осмотрев двери, чертыхнулся.