Пленница медведя

И у меня возникло ощущение, что ответ ее интересует совершенно не с той стороны, с которой я ожидал.

– А вам как надо? – откинулся на спинку кресла Рэм.

– Потяните их подольше, – взорвала мой мир девчонка.

– Что? – усмехнулся я. – Тебе вчера от температуры предохранители перегрело? Ты же готова была от меня босиком бежать!

– Передумала, – пожала она плечами.

Нет, она моей смерти хочет! Я испепелил ее взглядом, чувствуя, что накаляюсь добела от того, что ни черта не понимаю! Да упади ты Рэму на грудь и всплакни, чтобы дрогнул! Я знал, что не дрогнет, но, черт возьми, ты должна была попробовать!

– Почему?

– Потому что ты тут один с ума сойдешь, – зло глянула на меня.

Рэм с интересом слушал наши препирательства.

– Дана, прости, но мне он нужен на пару слов с глазу на глаз. Сезар, выйдем? – поднялся после небольшой паузы, которую мы были не в состоянии заполнить.

Я припечатал девчонку взглядом и поднялся вслед за другом.

– Это из-за нее?

– Что? – посмотрел в его лицо, но не выдержал взгляда.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой, верить в нее и мечтать вернуться. Дана не принадлежала старой жизни и не будила столько чувств, но Рэма я уже однажды бросил…

– Из-за нее ты вернулся?

– Похоже на то, – нахмурился.

– Не веришь, что надолго?

Я прикрыл глаза, сглатывая горечь:

– Сложно верить. Если я уже деградирую…

– По тебе не скажешь…

– Я не хочу ложных надежд, – перебил.

– Понятно, непросто, – кивнул он, – но этот шанс нельзя упускать…

– Я так и знал, что вмешаешься, подставишься, – сжал кулаки досадливо, упираясь ими в перила.

– Ничем и никак мне это не грозит. Раин сам будет стоять до последнего и без моего вмешательства. Другое дело, что у ворот Аджуна рыдает ее мать…

– У них не заладилось, – машинально объяснил я, пялясь на лес.

– А ты уже многое знаешь…

– У нас тоже не заладилось, – повернул к нему голову.

– Зато сегодня что-то поменялось, – усмехнулся он.

Хотел бы я знать что. Мы оба пропахли ее кофе, щедро сдобренным специями. И мне не терпелось прижать девчонку к какой-нибудь поверхности и выдавить правду. Она сегодня сводила с ума, и это не давало впасть во вчерашнее отупение.

– Мне нужно ее обезопасить, – посмотрел в его глаза. – Чтобы могла выбраться в случае, если я… снова уйду без возврата.