Столица русской смерти

Едва заметный глазу ночной движ, легкая суета. В предвкушении выходных все порхали, спешили по делам, даже ночью. В глаза бросались красивые полуобнаженные тела на огромных подсвеченных баннерах, которые прикрывали унылый недострой – брошенный каркас гостиницы или очередного торгового центра. Вокруг суетились энергичные тела, искусственно и ненадолго взбодренные кофеином и эндорфином.

Мое собственное тело почувствовало свободу и распрямилось, заиграло мышцами и потребовало движения. Я перебежал проспект, не дойдя до светофора, ориентируясь на запах фастфуда.

Я знал, что в городе есть аэропорт, иностранные консульства, военный институт, несколько воинских частей. И единственный в округе крематорий.

Если вдуматься, то это отличное сочетание объектов социальной инфраструктуры для провинции. Среда как бы говорит тебе: делай военную карьеру либо уезжай из страны. Карьера, скорее всего, закончится крематорием. Но это мелочи… Выбор не велик – под крестом или на крест, как сказал поэт.

То есть, все, что нужно для провинциальной столицы в городе было. А если задуматься, то все страна и есть провинция. Все, что не провинция – не эта страна. Так что Н-ск вполне мог претендовать на звание «столицы всея провинции».

А еще, в моем представлении, в столице каждый может найти то, что ищет. Я искал не столько столичных развлечений и приятного общества, сколько ответы на вопросы.

2.

Костя встретил меня на парковке рядом с новым жилищным комплексом, в котором нам предстояло обитать. Даже в темноте новостройка выглядела пафосно и с претензией на цивилизованную организацию пространства. Мы обнялись, и он повел меня в наше временное логово.

– Как дома? – спросил я пока мы шли к подъезду.

– Нормально. Дядя только болеет.

Я знал дядю Толю. Костя называл его просто «Толян» и познакомил нас в прошлую нашу встречу.

Толян производил впечатление сильного, жизнерадостного, и вместе с тем, мудрого человека. Он явно знал как жить эту жизнь, в отличие от нас с Костей.

Когда мы впервые увиделись, дядька подъехал к вокзалу на своей рабочей «Ниве» аккуратно в тот момент, когда я выходил из автобуса. Он радовался моему приезду едва ли не больше, чем Костя, хотя раньше мы не были знакомы. До этого я только слышал о нем.