Во власти зверя

Меня шокировала его наглость, с которой он пер напролом. А еще эта его манера бомбить из всех орудий сразу – он то угрожал, то уговаривал, то поднимал ставки до заоблачных, которые мне нечем было крыть.

– Ну, тогда, полагаю, сбегать будем вместе, – мстительно заключила я.

– Я подумаю над твои предложением, – победно оскалился он и поднялся. – Поехали.

Сон вернул мне отголоски здорового аппетита. Я купила себе еще кофе с сандвичем и нагло уселась с ними на переднее сиденье его тачки. Мало ли, как дальше пойдет – надо ловить момент.

– Вот только не кроши в машине, – усмехнулся он, выкручивая руль со стоянки. Машина у него была как раз для побегов – вместительная, высокая. – Куда ехать?

– Сначала объясни, зачем мы едем? Между прочим, для меня это не так просто…

– Это не так просто только потому, что ты слишком серьезно к этому относишься, – как ни в чем не бывало, вел он машину.

– Отлично. Мы завалимся на газон к моему мужчине и устроим там представление с клоунами?

– Нет, – нахмурился он.

– Сворачивай на Летто-драйв, – нахохлилась я и отвернулась в окно. Аппетит пропал.

* * *

Дом ее мужика был крайним по улице. Дальше начинался лес. Я бросил машину за квартал, чтобы наблюдать за всей клинической картиной по мере приближения к главному страху Робин. То, что она не хотела идти вообще, не в счет. За пару домов начала мерзнуть и кутаться в куртку, а когда массивные ворота оказались в поле зрения, остановилась и ринулась в кусты противоположного палисадника.

Я шагнула за ней, раздвигая ветки, и обнаружил ее у стенки.

– Мне плохо, – выдохнула она, глядя в ту сторону, откуда мы пришли.

Я бросил рюкзак на траву и сел у ее ног:

– Слушай. – Дождался, когда она посмотрит мне в глаза и продолжил: – Единственный способ избавиться от этого кошмара – пройти через него.

– Что это значит?

– Это значит, что сегодня мы дошли почти до ворот. Честно, думал, ты вообще откажешься…

– Я и отказалась! – рявкнула она.

– Но ты же здесь, – посмотрел на нее спокойно.

– Что ты задумал?

– Что в конце недели ты постучишься этому ублюдку в ворота и наденешь торт со взбитыми сливками ему на голову.

С ее губ сорвался смешок.

– Я и сейчас могу. Это глупо.

– Не можешь. И это не глупо. Он – средоточие твоего стресса, страха и загубленной жизни, как ты думаешь.

– Я превращаюсь в зверя ночами, Карлайл! – воскликнула она и зашагала обратно.

Я подхватил рюкзак и последовал за ней, но не спешил.