Фисои Нилатс

– Так тебя уже выгнали со службы, даже я со своим влиянием не мог ничего сделать.

– Мне там только вещи собрать.

Заехав на бывшую работу, Сергей нашел приложение и вернулся к автомобилю Владимирова. Чуть позже у него в особняке, улучив момент, сжёг документ в туалете.

Глава 3

На Киевском железнодорожном вокзале 3 июня 1941 года было необычайно людно. Народу было больше, чем в обычные дни. Большое количество отъезжающих и не меньшее количество провожающих толпилось на перроне. Самый разный состав представляла эта толпа, но больше всего было офицеров.

– Поезд «Москва-Варшава» отправляется с первого пути, – в мегафон закричала кондуктор, – кто отъезжает, занимайте свои места.

Поезд, пыхтя паром, начал разогревать свои механизмы, а минут через пять, он начал трогаться. Уже совсем скоро, набрав приличную скорость, покинул пределы Москвы. В купейном вагоне, в купе номер четыре, собралась обычная для такого путешествия компания: торговец, чиновник средней руки. В купе их было двое, пока к ним не присоединился офицер, слегка нетрезвый.

– Господа, разрешите представиться, поручик Первого Киевского гренадерского полка первой роты третьего взвода Кибальчич Андрей Николаевич.

При последних словах вагон качнулся, поручик потерял равновесие и свалился на торговца.

– Осторожнее, прошу Вас.

– Пардон. Виноват. А где мой чемодан?

В это момент в купе вошел кондуктор.

– Вот Ваш чемодан, Ваше Высокоблагородие.

– Молодец. Держи целковый за усердие.

– Благодарствую, барин.

С этими словами кондуктор вышел из купе и закрыл за собой дверь.

– Ну что господа, за знакомство накатим по маленькой?

Офицер откуда-то из бездн чемодана вытащил водку и начал доставать снедь. Разложив на столике закуску, он по-хозяйски разлил бутылку в три чайных стакана.

– Господа, ну, в самом деле? Что за церемонии? Давайте за знакомство!

– Нет, я не буду, – запричитал торговец.

– Я тоже не буду, – решительно заявил чиновник.

– А хрен с вами, я и сам накачу.

В течение минут сорока бутылка водка была выпита, за ней последовала другая. Если учесть, что поручик изначально был уже нетрезв, то можно представить его общее состояние.

– Что, господа, не нравлюсь я вам? Ну да, выпил, да, русские офицеры пьют.

– Вы что не боитесь, что могут отправить на гауптвахту за такое поведение? – голос коммерсанта был тих.

– Насрать! Не о том думаете. Зачем едете в Варшаву?

– По делам.