София

Может быть, в той толпе на Площади Испании он потому и заметил её, что она могла по-человечески сильно горевать или, как сейчас, едва дышать от счастья?

– Ты промокла! – заметил ей Ник. – Как ты оказалась на улице в такой ливень, София?

– Это ничего! – София с трудом пришла в себя. – Я не знаю… Ник!

Мужчина улыбнулся. Ему нравилось звучание собственного имени из её уст.

– Я просто ушла из отеля… – она несмело улыбнулась ему в ответ.

– Почему?

София помедлила с ответом и, словно оттягивая момент объяснения, сказала:

– Я бы не отказалась от чашки кофе! Побольше… Я замёрзла теперь…

Если бы его руки могли согреть Софию!

***

София медленно пригубила обжигающий напиток.

Поежилась от холода, вдруг пробежавшего по телу. Потом, втянув голову в плечи, снова поставила чашку на край стола. Поймав на себе взгляд Ника, кончиками пальцев чуть сдвинула её к центру.

– Извини… – прошептала она. – Я лучше пойду…

Ник удержал её за руку. Кисть была холодна.

– У меня есть право вопроса, София! Помнишь?

– Что ты хочешь знать? – она не признала этого права вслух, но разрешила задать интересующий Ника вопрос.

– Почему? – спросил Ник.

София верно его поняла:

– Стены давили… как сейчас…

Неожиданно слёзы снова блеснули в её глазах, но София поборола их, шумно втянула носом воздух.

– Ты ведь о чём – то хочешь рассказать…

Она, кажется, уже не собиралась уйти, и вовсе забыла о своем прошлом стремлении. Тонкими нервными пальцами принялась комкать салфетку.

Молчала, собираясь с мыслями…

Ей хотелось сказать. Именно Нику. Вероятно, потому, что видела его в последний раз, и уже не могла терпеть свою боль. Слезинка скатилась по щеке, но София быстро утёрла её ладонью.

– Сегодня тот день…

– Тот?

Да! – София откинулась на спинку стула, запустила пальцы в свои влажные ещё волосы. Вздохнула…

***

…И сказала:

– В этот день пять лет назад я потеряла ребёнка!

Так вот, какой трагедией жила эта женщина. Но София продолжила, видно, до сегодняшнего дня, упрямо молчавшая:

– Я была на четвертом месяце! Это был первенец…

Нежданно и страшно глаза её полыхнули звериной ненавистью, такой силы, что она отразилась и в мягких чертах её лица.

Она повысила голос, вот- вот готовая закричать:

– Он обрадовался! Я потеряла нашего ребёнка, а он обрадовался! – выпалив это, София мигом успокоилась, будто скинула с себя груз.

***

– Ты ушла от него? – Ник был уверен, что это так.