Пандемониум

Чем я могу тебе помочь?

БЕРКМАН. Ну, я… Нет, я просто… Э…

ФРИК. Заблудился?

БЕРКМАН. Не совсем. В каком-то смысле, да. Вообще-то я искал… (Смотрит на ФРИКА). Я искал офис мистера….э… Ницше.

ФРИК. Кого?

БЕРКМАН. Ницше. Фридриха Ницше. Он работает в этом здании?

ФРИК. Понятия не имею. Но поищи его этажом выше.

БЕРКМАН. Хорошо. Обязательно. Благодарю вас.

ФРИК. Не за что.

БЕРКМАН (бормоча себе под нос, наблюдает, как ФРИК уходит). Это он. Это Фрик. Это мой шанс. Здесь никого нет. Какая удача. Я столкнулся с ублюдком в коридоре.

Почему я не убиваю его. Почему, скажите на милость, не достаю револьвер и не стреляю в этого сукиного сына? (Достает револьвер из кармана).

ФРИК (оборачиваясь к нему). Ты мне что-то сказал?

БЕРКМАН (чуть не роняет револьвер, прячет за спину). О, нет, сэр. Просто повторял то, что собираюсь сказать мистеру Ницше. Когда встречусь с ним. Это довольно важная встреча. Для меня. С мистером Ницше.

ФРИК. Фамилия мне вроде бы знакома. Он из газеты?

БЕРКМАН. Нет.

Возможно. Он – писатель.

ФРИК. Тогда он, скорее всего, на другой стороне улицы, в «Мясном ресторане Рокки», обедает, но я уверен, наверху разрешат его подождать.

БЕРКМАН. Благодарю вас. Вы очень добры.

ФРИК. Пустяки. Удачи тебе.

(Отворачивается чтобы уйти).

БЕРКМАН. Сейчас. Сделай это, болван. Выстрели ему в спину. Нет. Это будет трусливо. Заставь его повернуться Посмотри ему в глаза. Пусть увидит перед смертью лицо справедливости. Мистер Фрик?

ФРИК (поворачивается, смотрит на него).

Да? Что?

(Пауза).

БЕРКМАН. Хорошего вам дня.

ФРИК. И тебе тоже, сынок.

(Садится за стол, начинает писать).

БЕРКМАН. Это был он. Это был Фрик, стоявший передо мной, и я его не убил. Почему я его не убил? Потому что посмотрел ему в глаза. Отмечаю на будущее: если собираешься убить кого-то на благо человечества, не смотри ему в глаза. Эмме будет за меня стыдно. Как я мог почувствовать толику сострадания к этому ужасному человеку? Этому хладнокровному угнетателю трудящихся. Этому демону, несущему ответственность за такие муки.

Именно поэтому революция терпит неудачу. Хорошие люди сострадают тем, кто не знает, что такое сострадание. Этому человеку ничего не стоит вежливо поговорить с незнакомцем в коридоре. Но если бы я работал у него, он бы относился ко мне, как к собаке. Мог вывести меня за дверь и пристрелить. Он убил больше двух тысяч человек в Джонстауне. Я должен быть сильным. Я пойду в «Мясной ресторан Рокки» и выпью с мистером Ницше.