Пандемониум

Если бы там, откуда они приехали, не было бы еще хуже, они остались бы дома.

КАРНЕГИ. Но ты не сможешь убедить в чем-либо людей, которые не говорят на английском.

ФРИК. В этом вся прелесть.

КАРНЕГИ. Но когда эти люди выходят из себя, они берутся за оружие. И ничего другого ждать от них не приходится.

ФРИК. Если они возьмутся за оружие, мы ответим тем же.

КАРНЕГИ. Тогда погибнут люди. Ты хочешь, чтобы их смерти остались на твоей совести?

ФРИК. Если они погибнут, вина будет лежать только на них.

Я занимаюсь бизнесом. Если они не хотят работать, мы избавляемся от них и нанимаем новых.

КАРНЕГИ. Но очень скоро вместо десяти тысяч безработных, которые ненавидят нас, мы получим пятьдесят тысяч безработных, ненавидящих нас.

ФРИК. Мне все равно, что они обо мне думают. Америка делает свою работу, я делаю свою работу, вот и им следует делать свою. А если им не нравится, как устроена Америка, пусть катятся к чертовой матери.

КАРНЕГИ. Хотя бы на минуту поставь себя на их место.

ФРИК. Я был на их месте.

КАРНЕГИ. Ты не был на их месте, потому что мы создали место, в котором они сейчас. Они живут в домах компании, им платят долларами Фрика, которые они могут потратить только в магазине компании. Когда ты увольняешь этих людей, у ни не остается ничего. Они не могут потратить доллары Фрика где-то еще.

ФРИК. Тем более они должны продолжать работать, а не раскрывать рты. Или я руковожу, или нет. Я нанимаю и увольняю, кого хочу, и не отступлю перед шантажом.

КАРНЕГИ. Генри люди, которые работают у нас, не должны страдать из-за горя, которое ты испытываешь.

ФРИК. Горе никакого отношения к этому не имеет.

РОЗИ. Папа?

КАРНЕГИ. Я знаю, что твоя маленькая девочка…

ФРИК. Это совершенно не твое дело.

КАРНЕГИ. Наш бизнес – это мое дело.

ФРИК. Ты хочешь, чтобы управлял твоим бизнесом или нет? Если нет, просто дай мне знать, я пожму тебе руку и уйди, без обид. Но только давай обойдемся без этой галиматьи о бобинах.

Ты же испытывал благоговейный восторг, читая рассуждения Герберта Спенсера о том, что слабые должны оставаться на обочине. Борьба за прибыль выпалывает непригодных и вознаграждает сильных. Когда государство пытается устранить бедность, оно извращает естественный закон природы. Твои слова – не мои.

КАРНЕГИ. Тогда все казалось ясным. Теперь – нет.

ФРИК. Эндрю, тебя никогда и ничего не кажется ясным. Все мутное.

КАРНЕГИ.