Телохранитель. Книга 2

Да, о том, что было потом, говорить вслух было нельзя.

– В общем, я думал, что меня только для этого и готовили.

Эрик имел ввиду задание спасти Дэйрана, которое получил от отца.

– А как тебя готовили? – насторожилась я.

Киборг задумался на время.

– Да никак, вроде. Были бесконечные тесты. И разговоры. Доктор Грин много со мной разговаривал. Часто. Каждый день. Как с человеком. Меня это сильно озадачивало. И пугало.

Я опустилась на плечо Эрика и стиснула зубы. Почему я не спрашивала его об этом раньше? Меня не сильно интересовало прошлое.

Как говорила Мари, не важно, что было. Главное, какой из этого выйдет толк. Отец готовил Эрика не к войне! Он создавал разумного киборга ОСОЗНАННО! Не выдержала, вскочив, и заметалась по комнате в свете уличного фонаря. Сжимала пальцы и рычала, пытаясь совладать с эмоциями. Разумными киборги вышли не случайно!

– Леа? – Эрик обеспокоенно следил за моими метаниями, поднявшись на руках. – Что случилось?

– Поговорить хочется с папой, – раздраженно выдохнула.

 – Только вот не знаю, как бы оставаться спокойной при этом! А еще эта завтрашняя церемония!!!

– Иди сюда, – киборг похлопал по кровати. – Успокойся, – я застыла посреди комнаты, скосив взгляд на киборга и, глубоко вздохнув, поплелась обратно к кровати. – Расскажи, что у тебя с отцом произошло? – спросил он, когда я уселась рядом с ним, скрестив ноги.

Мне не хотелось уходить. С Эриком было очень спокойно и уютно. Может, это было глупо, но только он остался у меня от прежней жизни и от Дэйрана.

И я не могла себе отказать в его обществе. Да и киборг, наконец, успокоился и задышал ровнее.

– Это долгая история, – прошептала неуверенно. Мы помолчали в темноте какое-то время. – Мне было восемнадцать, – начала я. – Я только заканчивала школу, когда мама вдруг сказала, что у меня ожидается братик.

***

9 лет назад

– Леа!

Я едва успела бросить сумку в комнате и сбежать вниз, как мое внимание привлекло необычно светившееся лицо мамы, сидевшей в кресле в нашей гостиной.

– Мам? Что такое?

Я улыбнулась, еще не подозревая о том, что она собиралась сказать. Мама так редко улыбалась из-за своей болезни, что я боялась даже дышать в тот миг рядом с ней.

– Я беременна, Леа! – выдавила она уже сквозь слезы и шмыгнула носом совсем по-детски. А я так и открыла рот, присаживаясь у ее ног. – Четыре месяца, – уже спокойнее сообщила она.