Чистый бор

«По брони! Вот это да!»

В лифте модник – на кнопки, – и вознесение – пятый этаж!

В комнате окно: автобусы, троллейбусы, трамваи. Тротуарами бегут люди так, будто торопятся на один поезд. Он в этом городе не впервые: толкотня магазинов, куда вольна бегать Катерина, на окраине – веранда её тёти (ночуют, когда в отпуск и обратно). Тревога там: не угодить бы под машину, не отравиться бы в кафе, не потерять бы деньги. Из окна номера город не выглядит опасным. Вон мужик в телогрейке, лопоухо вертит головой. Будто на себя, но плохо одетого, глядит Луканин с высоты.

Койки в номере две. Входит дядька непонятный: лицо знакомое.

– Где-то я видал вас…

– На плакате я. С моей фотки рисовал плакат художник.

Да ведь и у них в Улыме, в коридоре конторы и на дверях клуба этот плакат! Лес, будто из капроновых ёлок, и лицо этого парня!

– Так ты и придумал метод… посохинский?

– Так я и есть Посохин Егор. А метод не я, а главный инженер. Но одно дело выдумать, другое – внедрить, понимашь? Теперь обо мне много публикаций.

– А моя? Как начнёт пилить, так бы и отвалил в тайгу к медведям.

– Моя баба, как с этим новым методом (уважение, портрет на плакате), орёт. Но не на меня. Понимашь?

Ещё бы! Это Луканин понял!

Ему отменно спалось в номере. Видение: летит он, как птица[2 - – «Летать – иметь завышенные требования и амбиции» («Толкователь снов»). Слово «амбиция» – негативное и означает чрезмерное самолюбие (Словарь русского языка).

От гостиницы едут городом. В холле Дворца Профсоюзов макет валочно-пакетирующего агрегата. Наверное, и в Улыме будет такая техника, а думал до конца ему валить пилой, и грыжа, которая недавно удалена, опять вырастет.

Новый друг Егор в президиуме! Но не только там, – на трибуне! Говорит храбро, вворачивая «понимашь». Вдоль рядов катается кинокамера. Юпитеры выхватывают то одно, то другое лицо; и Луканину – прямо в глаза, на миг ослепив.

Домой опять в купе, как руководитель. Воображает Дворец, полный народа. А на трибуне с гербом страны, не этот Егор, а он, Алексей. Говорит в микрофон. Ему хлопают. И громче других Катерина с преданным довольным лицом.

Согласие на операцию (Шрамков)

Вокруг больницы – больные сосны. В коридоре у окна – пальма в кадке.

Ираида вышла из белой двери, и – в одну очередь.