Растяпа. Ум, честь и совесть

Я не в кишках, – обиделось подсознание. – Я – твоя совесть.

И замолчало.

Наверное, сама собою родилась мысль – не могу с Лялькой порвать лишь потому, что вместе с ней уйдут от меня самоуважение, достоинство и безопасность (душевная). Где я их найду потом, чтоб возместить потерю?

Когда после работы сели в наш УАЗик и поехали в Розу, Пал Иваныч приказал:

– Ну, рассказывай.

Я поведал историю своей семейной жизни – недолгой и печальной.

И сделал вывод:

– Случившееся все – моя ошибка.

Шеф покачал головой:

– И я даже знаю в чем. Ты относишься к жене, как себе равной.

– А надо как?

– Ты голубей держал? Уверен, что первая пара сдохла или улетела. Потом появился опыт. Так?

– Так первый брак для опыта?

– Прости, конечно, ты – дурак. Главное слово в предложении о голубях – «держал». Запомни, парень, и сыну передай: жена – та же живность домашняя, как свинья, собака и корова, кошка или голуби… ее надо уметь держать. Понял меня?

Черт бы побрал такие вещи, которые мне надо знать!

– Ты знаешь, подумаю, и может быть пойму.

– Ну, думай, думай.

Я попробовал осмыслить слова Кожевникова медленно, будто читал книгу, которая была у меня уже давно, но которую до сих пор не хватало смелости раскрыть.

Лялька забрала у меня все – свободу, счастье, сына…. Она и душу могла бы прихватить, если захотела. Теперь свободу вернула, остальное все себе оставив.

Почему потребовала столько? Не имеет права!

От мысли к мысли – я переворачивал страницы неизвестной книги осторожно, словно они были хрустальными, готовыми сломаться.

Пал Иваныч напомнил о себе:

– Прости за высокий штиль, чтобы выполнять доверенное нам партией дело служения великой идее построения коммунистического общества, требуется фантастическая выносливость рассудка. Тут, брат, не до сантиментов. Как считаешь?

Он покосился на меня, но я не знал, что ему ответить – только судорожно глотнул.

Шеф не торопил, не давил, но и не отворачивался.

В конце концов, чтобы он вернул внимание дороге, произнес:

– Ладно.

Это не самый содержательный ответ, но ничего лучше не нашел.

Кожевников улыбнулся, словно я сказал что-то умное.

– Мы учимся выживать, преодолевая проблемы внешние и души. Талантлив тот, кто не работает против себя.

Шеф отвернулся от меня.

– Расскажи мне про свою жену.