Философия Красоты. Серия книг поэтической философии миропонимания новой эпохи

– Маяковский! – невозмутимо продолжал демонстрировать глубину познания России парень.

– О, Маяковский! Это мой любимый поэт! – я почувствовал как абсолютно искренне включился в собеседование, ибо Маяковский действительно был и остаётся непререкаемым авторитетом для меня глубиной формулирования пространства поэтическим словом. Но это для меня, воспринимающего язык ментально, напрямую через сердце. – Но поэзия Маяковского непереводима, это же совершенно уникальные и рифма, и словообразование?

– Я читал! Правда на французском, – так же невозмутимо и тихо произнёс уникальный чёрный, кивая головой.

В моих глазах по-видимому проявилось искреннее восхищение, что заметил и мой собеседник, продолжая с радостью демонстрировать свои знания: – Россия вообще интересная страна: революция 1917 года, война в 1941 году… Кто спас мир? Конечно, русские… Хоть я и американский гражданин, но уверен в том, что Россия в ХХ веке сыграла великую роль в эволюции мира.

Мне оставалось лишь кивать головой. А что можно было добавить, тем более, что основной целью визита в консульство по-прежнему желание получить визу, и неожиданный разговор на входе вдохновлял, но не приближал решение основной задачи.

– Проходите! – пригласил жестом пройти в соседнюю комнату афроамериканец. – Вас вызовут!

– Спасибо! – поблагодарил я.

…

Когда я покидал консульство, удовлетворённый решением моего вопроса, на выходе кивнул моему знакомому:

– Когда вернусь за паспортом с визой, принесу Вам в подарок свою книгу… Она будет на русском, но не знаю, как ещё поблагодарить Вас за чудесную беседу.

Он улыбнулся:

– Я буду очень рад! Спасибо! – и закончил на чистом русском: – Мир… World… Мир, – я правильно произношу?

– Абсолютно! – искренне воскликнул я. – Вы вообще удивительный человек, спасибо Вам!

Мы расстались довольные друг другом: встреча перетеканием сердец состоялась.

вечность

1

У Женщины особые взаимоотношения со временем: она знает, что такое и сколько это – 9 месяцев от зачатия до рождения ребёнка.

И в этом случае меньше всего социального искусственного времяисчисления, но точное совпадение с ритмами космоса.

Беременность и считают не по земным часам, а по синхронности с приливами и отливами волн солнечной системы.

Отсюда и её, Женщины, совершенно особые взаимоотношения со временем вообще: если для кого-то время – категория сроков и спешки, то для Женщины – это мгновения трансформации её реальности.