Межи мои. Воспоминания Елены Шанявской

Ссылка в Вельск

Папа много занимался, очень много читал и поступил, наконец, вольнослушателем в московскую Петровскую земледельческую и лесную академию. Там же одновременно учился и старший брат мамы, Андрей Алексеевич Новиков. Они сдружились.

На каникулы дядя Андрюша пригласил погостить к себе домой, в имение Ильково, папу. Папа летом поехал туда и в первый раз увидел сестру Андрея Алексеевича, молоденькую девушку Лизу – Елизавету Алексеевну Новикову, впоследствии его жену, мою маму.

Семья Новиковых была простой крепкой русской семьей и очень понравилась папе, выросшему хотя в полупольской-полубелорусской среде, но имевшему всегда большое тяготение именно к русскому духу.

Приезжал папа студентом не один раз. Посещали Ильково и другие товарищи братьев Новиковых – Андрея и, несколько лет спустя, младшего брата – Ивана.

У дяди Вани, так мы его звали, был товарищ – Федор Егорович Федоров. Он стал совсем своим человеком в семье Новиковых, а потом другом папы и мамы и моим крестным отцом.

Учась в академии, папа не входил ни в какие политические кружки, взгляды имел старинные, не тронутые социалистическими веяниями.

Но среди близких его товарищей были и революционно настроенные студенты, которые иногда в ожидании обыска приносили к папе как человеку, не находившемуся на подозрении у полиции, на сохранение запрещенные книги.

Был как-то массовый обыск студентов, пришли и к папе, может быть, узнав стороной, что папа прячет чужие книги.

Книг этих не нашли, но захватили все папины бумаги, в том числе и записи лекций.

Папа несколько раз ходил в жандармское управление за этими своими записями, но их не возвращали. Не возвращали не потому, что сочли их компрометирующими папу в политических вопросах, а только так, по небрежности к человеческим надобностям.

Наконец папа стал требовать их настойчиво, говоря, что лекции нужны ему для предстоящих экзаменов.

В ответ начальник жандармского управления что-то грубо ему ответил. Папа был человек очень горячий, не выдержанный в проявлении своих чувств, и, вспылив, ударил жандарма. Тотчас был арестован и затем выслан как политически ненадежный человек в город Вельск Вологодской губернии сроком на три года[13 - Другая версия причины ареста Альберта Урбановича Шанявского изложена в письме Анюты Шанявской сестре Елене от 07.12.