Персефона

– А кто тебе сказал, что я живу?

– Ну ладно, хватит на сегодня разговоров. Давай ложиться.

– Этот тип тебе ещё нужен?

– Кто, Карл? Почему ты спрашиваешь? Ты ведь знаешь, что мне нужен только ты.

– Завтра ты будешь говорить по-другому.

– Ну и что? Есть только то, что происходит сейчас. Завтра и вчера нет.

– Это всё только наша память и страх.

– Ты что, весь вечер не включал свет?

– Я ждал тебя. Это ужасно пошло, выключать свет чтобы заняться любовью, ты не находишь?

– Спать ты сегодня, конечно, не собираешься.

– Послушай, Лиз. Давай уедем отсюда. Завтра.

– Хорошо, давай уедем.

– Так просто?

– Ну конечно просто. Ты всё никак не можешь понять, что я люблю тебя.

– Ты не единственная, кто говорил мне так. И это странно.

– Глупый, неужели ты не знаешь, что любовь – это всегда правда, что это единственная правда? Ведь ты же сам распинался сегодня, говорил, что каждый раз рассказываешь свою историю по-разному, и каждый раз говоришь так, как это было на самом деле! Всё может меняться, мы можем меняться, люди вокруг нас могут меняться, но любовь-то, она одна, она не меняется…

– И всегда внове.

Да, я просто запутался. Спасибо тебе.

– Ложись.

– О'кей. Слушай, Лиз, давай не будем спать сегодня. А то, когда просыпаешься, всё меняется. Дождёмся, когда рассветёт, и уедем. Ладно?

– Ладно, ладно, бесчеловечный ты тип.

Лиза спит. Теперь уже не стоит будить.

Пусть спит. Так с ней и живём. Подыгрываем друг другу, а в какую игру играем, забыли уже. Забыли, и всю жизнь пытаемся вспомнить. В тёмной комнате с мрачными обоями мы мечемся, пытаясь руками поймать солнечные блики, а солнце неподвижно стоит где-то над вершиной. Что за игра, что за обряд это? И проносятся мимо машины за окнами, и женщины пудрятся, и их зеркальца пускают зайчиков. Что-то мы всё хотим найти. В тёмной комнате с мрачными обоями мы всё ищем и ищем себя, но каждый раз натыкаемся лишь на одно из своих отражений и, стукнувшись об него лбом, шарахаемся в сторону, а машины проносятся мимо. И в одной из них завтра я уеду отсюда.

– Лиза, ты спишь? Лиза.

Помоги мне, о Сладкоцветущая, верни мне мою любимую!

II

– Всё замешано на крови.

– На крови и страхе. Ты крути, крути педали. Не отставай.

– Я тут слушала одну проповедь, бр-р-р, на мясо теперь даже смотреть не могу.