Заказ на (не)любовь

В своем ресторане он никогда не заказывает десерт. Его супруга бережет фигуру и не позволяет себе подобной роскоши, а сам Лев…

– С детства обожаю сладкое. Особенно такие вот эклеры, – признается Невельский, изумляя меня еще больше. Это так необычно. А еще выходит, что Соня своей любовью к сладостям похожа на него, потому что я к ним практически равнодушна. Опять отвожу взгляд, пытаясь побороть вновь вспыхнувшее внутри смятение.

Он все-таки должен знать. Очень много совпадений, да и я слишком хорошо к нему отношусь, чтобы скрывать такое.

И дело не в чувствах, не в неизбежной симпатии к потрясающему мужчине. Я уважаю его как человека, ценю как успешного и мудрого работодателя. И многим ему обязана. Особенно, как выяснилось теперь, жизнью собственной дочери. Вот только где же мне найти подходящие слова?

В этот момент возвращается Сонечка.

– Не хочу больше играть, – поясняет, усаживаясь на свое место, и хитро улыбается мне. – Мамочка, а можно еще эклерчик?

В другое бы время не разрешила: потом за ужином наверняка не будет аппетита, но сейчас это повод ненадолго отойти и собраться с мыслями.

Киваю дочке и поднимаюсь, чтобы направиться к прилавку, но замираю, слыша ее следующий вопрос.

– Дядя Лева, а ты совсем-совсем не помнишь того мальчика?

Он поворачивается к ней, чуть сдвигая в недоумении брови.

– Какого мальчика, Сонь?

Понимаю, что должна вмешаться, что-то сказать, отвлечь, но не могу выдавить ни слова. Зато дочь с готовностью поясняет:

– В твоем альбоме.

Там, где велосипед и котенок.

Мужчина хмурится сильнее, переводя вопросительный взгляд на меня. Потом снова смотрит на Соню.

– А почему… ты спрашиваешь?

Его голос звучит как-то странно, с надломом, и я осознаю, что опоздала с объяснениями. Потому что Сонечка опять выдает, не мешкая ни мгновенья:

– Потому что он мой папа, и я хочу его найти!

Невельский молчит, озадаченно рассматривая Соню, а потом медленно поворачивается ко мне. Смотрит с недоумением.

Конечно, он ничего не понял. Скорее всего, даже не связал странное дочкино заявление с собственным прошлым, потому что предположить подобные повороты судьбы попросту невозможно.

Но теперь у меня точно не выйдет промолчать. И придумать какую-то отговорку не получится. Придется рассказывать, но как же страшно это делать!

Но сначала надо найти какое-то внятное объяснение для Сони, уж ей раскрывать правду я точно не стану. По крайней мере, не теперь.