Музыка дождя на твоем окне

Вон, даже место в углу есть, свободное. Правда, за этим столом сидит какая-то девушка. Ну, хотя бы чуть-чуть симпатичная. Нос с небольшой горбинкой, большие голубые глаза. Лицо довольно миловидное, с впадинами ямочек на щеках. Брюнетка. Волосы собраны в пучок, клубком возвышающимся на затылке.

Артем двинулся к этому столу, протиснулся через толпу у прилавка и едва успел занять последнее свободное место в этом кафе. Молодой парень, который тоже метил на это место, перекосил разочарованное лицо.

Девушка, кажется, даже не обратила на Артема внимания.

Как сидела в своем телефоне, просматривая что-то, так и продолжила. Склонила голову над старой яблочной моделью. Палец с маникюром цвета морской волны медленно прохаживался вдоль экрана как одинокий уставший путник.

Коротким жестом ладони Артем подозвал тонконогую официантку (ноги у официантки были обернуты в сладкую и привлекательную упаковку темных колготок, холеные, выточенные из камня щиколотки, будто бы врезанные в теплый напитанный чужим дыханием воздух).

Шаги официантки были быстрыми и короткими. Шаг. Шаг. Шаг. Будто па какого-то резвого танца. Красиво.

– Латте, – сказал Артем; его случайная визави не обратила на него никакого внимания. – Без сахара.

– Какое молоко предпочитаете?

– Обычное. От коровы. Или я что, похож на хипстера? Да, и еще. Круассан с ветчиной и сыром. Только побыстрее.

Кивнул, отпуская официантку выполнять поручение. Ножки так же быстро удалились. Быстро. Быстро.

В ожидании кофе Артем прочитал несколько донельзя скучных сообщений, присланных по поводу завтрашнего выпуска.

Завтра же пятница. Ну что ж. Это уже хорошо. Можно сдать выпуск до обеда, чтобы отец принял его и выпустил на блестящие страницы сайта. Конечно, это может быть не слишком-то и просто, но Артем надеялся, что часам к двум он уже будет свободен. Сможет укатить за город, в дом своего давнего и единственного друга…

Что-то долго не приносили кофе. Артем с нетерпением посмотрел на часы. Потом прошелся быстрым взглядом по лицу девушки напротив, которая даже ни разу на него и не взглянула.

Артем уж хотел со скуки с ней заговорить, но быстро передумал. После этого взгляд его прошелся по нескольким спинам, нависшим над черной стойкой бара.

Сколько он уже работает на отца, подумал Артем. Прожиты долгие годы бесконечных редактур. А ему это даже не нравилось. Никакого хоть даже малейшего удовольствия от этой работы. Бесконечные правки, изменения, дополнения, сноски. Подковерные дрязги.