Из ворон в страусы и обратно

Стремительные линии ложились одна за другой, Нила так увлеклась, что даже не заметила появления сожительницы.

Из–под грифеля выходило свободное платье, отрезное по талии, на застежке из воздушных петель и обтянутых тканью пуговок (не забыть перед обтяжкой замочить ситец). Пустить сутаж по подолу и горловине? Двух цветов. Красный и синий. Такое платье можно носить с джинсовой курткой или вязаной крючком манишкой.

Как ни экономила бумагу, листов в альбоме не хватило. Отложив рисунки, Нила достала из сумки кошелек, пересчитала деньги.

Если купить альбом, то о сутаже можно забыть.

Просить денег у бабушки язык не поворачивался. Может, плюнуть на все и заработать?

Словно отвечая на Нилкин мысленный запрос, судьба ответила стуком в дверь.

Осторожно просунув голову, в комнату заглянула Ира:

– Нил, придумай фасон, а?

Бросив на визитершу задумчивый взгляд, Нила вернулась к рисунку. В голове завертелись меркантильные мыслишки: у Ирки денег нет, взять с нее нечего.

Такая же голытьба, как она сама. Надо подождать солидного клиента.

– Нет, Ир, ты извини, – приняла решение Нила. Рука была твердой, и линии получались четкими, прорисованными,– не хочу рисковать. Старуха узнает – эскиз не зачтет ни мне, ни тебе. Так что не проси.

Ставшая свидетелем этого разговора, Наташка не удержалась от комментария:

– Ломается, цену набивает.

– Не твое дело, – даже не повернув головы в сторону подстрекательницы, бросила Нилка.

Чувствуя поддержку, Ирка попробовала зайти с другой стороны:

– Нил, ну может, посмотришь.

У меня задание – юбка из трикотажа. Я вот тут набросала.

Трикотаж Нилка обожала. Косые кокетки, воланы и фантазийные драпировки – ммм…

Ирка все–таки ввинтилась в комнату, с просительным видом просочилась к кушетке, на которой полулежала Нила, и протянула альбом с набросками.

Соблазн был велик, но Нила точно знала, что если она хоть одним глазком заглянет в Иркины рисунки, то уже не отделается. Рисунки засядут в голове, как в окопе, и будут мучить, пока не родится фасон.

А если фасон не родится сразу, то она зациклится и превратится в маньячку. Нельзя объять необъятное, как говорит отец и учитель Волк.

– Ир, нет,– извиняясь всем видом, Нила мягко отвела Иркину руку,– я, правда, не могу.

Нилка рисковала: не было никакой уверенности, что еще кто–то из девчонок попросит о помощи.

Риск оказался оправданным. Стоящий клиент появился в столовой.