Королевская щука

Нужно было что-то сказать, но что – Макс не мог сообразить, хоть убей. Заказное знакомство, как ни крути, смахивало на сватовство. Ему двадцать семь, ей – тридцать. При таких исходных данных у кого угодно возникнут матримониальные мысли. У Макса возникли. Внутренним слухом он даже услышал марш Мендельсона…

– Алле-о! – проявила нетерпение трубка.

– Привет! Талли? – Макс очнулся и набрал воздуха в легкие. – Это Максим.

– Максим? – Голос Талли дрогнул.

– Да, друг Алексея. Мы учились вместе. Может, ты даже помнишь меня.

– Да-да, припоминаю, – отозвалась трубка.

– Ты можешь со мной встретиться?

Максу показалось, что Талли молчала слишком долго для сестры друга. Инициатива неуловимо ускользала.

– Вообще-то могу, – наконец, последовал ответ.

– Отлично. Где?

– Не знаю. Предлагай.

Назвав первое, что пришло на ум, – ресторанчик мексиканской кухни «Амиго» – Макс вернул Лешке трубку и вдруг почувствовал себя опустошенным. Н-да, такого с ним еще не бывало.

Во-первых, он никогда прежде не влюблялся так безнадежно.

Во-вторых, девушки его никогда прежде не бывали кандидатами наук и директорами.

То ли он планку повышает, то ли его холостяцкие акции растут…

…Куда-то подевался фен, черт бы его побрал. Последний раз она сушила Фимку, когда та вывалялась в птичьем помете… Общеизвестная Фимкина страсть к экскрементам доканывала Талли и служила поводом для семейных приколов.

– А не знаешь, зачем я ему понадобилась, ба? – Талли бродила с полотенцем на голове по квартире.

Фаина Абрамовна плавно перетекала из комнаты в комнату следом за внучкой:

– Максим окончил финансовую академию, но ему, видишь ли, никогда не нравилось работать с цифрами. Я не знаю точно, почему он уволился, но теперь он понятия не имеет, чем заниматься и что делать: дальше тянуть эту лямку или пытаться круто изменить жизнь.

– Каким образом?

– Он помешан на истории.

– Пф! Учителем хочет заделаться?

– Бери выше – хочет податься в документалистику.

– О-о!

– Да. Так или иначе, он хочет уехать в Германию.

Талли была настоящей внучкой свой бабушки и ухватывала суть налету: если мальчишка уезжает, то все ограничится консультацией. Ну и черт с ним.

Талли с удивлением поняла, что ждала большего. Сейчас она бы ухнула в отношения с головой, как в омут.

Лучше омут любви, чем омут сиротства, который она так неосмотрительно пригласила в свою жизнь.