Научите меня стрелять

Я уже думала, что личная драма Матюшиной так и останется ее личным делом, но история получила продолжение.

…Простуженный голос в трубке показался мне знакомым, но вспомнила я только после подсказки:

– Это Степаныч беспокоит. Я автобус рейсовый вожу, помните, вы мне оставляли визитку, чтобы я позвонил, если будут новости.

– Да, да, – заверила я Степаныча, – конечно, помню. Что-то случилось?

– Я тут недавно видел вашего знакомого. Если надумаете приехать, позвоните, я встречу и провожу вас. Это он, Гошка ваш.

– Спасибо, Степаныч, – закричала я в трубку, потому что в ней послышался шум двигателя большегрузной машины, видимо, Степаныч, был в дороге, и мы простились.

Пашка дразнил Бильбо косточкой из прессованных жил, считая, что дрессирует собаку. Я уже открыла рот, чтобы пересказать Пашке наш со Степанычем разговор, но начинающий дрессировщик самовлюбленно отрабатывал с Роем команду «сидеть» и «лежать». Мужчина был занят делом.

Я фыркнула, набросила куртку и прошла через лаз к Элеоноре.

Дверь открыла Машка. Я сунула девочке конфеты, она унеслась к игрушкам, а мы с Элей остались на кухне. Я закрыла дверь и задала ей вопрос:

– Не хочешь повидаться с Никифоровым?

Глаза у Эли загорелись лихорадочным блеском, побледнев, она опустилась на стул. Не отводя от меня взгляда, хрипло спросила :

– Где он?

– Мне позвонил водитель автобуса, который отвозил твои деньги, сказал, что знает дом, в котором живет Георгий.

При этом имени рот Эли свела судорога. Она закрыла руками лицо и сидела так несколько минут.

Я не знала, есть смысл разговаривать с ней дальше или нет, подождала, и уже хотела уйти, как Эля твердым голосом произнесла:

– Да, я хочу его видеть.

– Ты сможешь взять дня три, четыре за свой счет?

– Думаю, да.

Я подумала, наморщила нос и вспомнила, что давно не брала отпуск.

…– Леонид Николаевич мне нужен отпуск,– сообщила я шефу уже на следующий день.

– Чего это вдруг?– вытаращился на меня шеф, имеющий среди прочих достоинств весьма смутное представление о Трудовом кодексе.

– Ну, скажем, мне надо к зубному.

– А что, это обязательно надо делать в отпуске?

– Леонид Николаевич, меня ждет сложное протезирование. Мне снимут мосты, я буду ходить неделю без передних зубов.

– Меркулова, у тебя что, протезы? – недоверчиво спросил шеф, почему-то глядя на мой бюст.

– Конечно. Когда у человека нет передних зубов, знаете, как он разговаривает?

– Как?– шеф хотел выяснить все до конца.

– Вот так.