Научите меня стрелять

А вот у меня с Пашкой не заладилось. Как говорил герой известного фильма, «между нами была неприязнь». Неприязнь носила кличку Степан, и имела внешнее сходство с котом.

Но внешность, как говориться, обманчива, и в последнее время я подозревала, что дело нечистое.

Официально считалось, что Степан – кот Егоровых. Действительно, будучи котенком, Степан жил какое-то время в их доме, ел, спал, охотился и делал свои дела. Когда Степан повзрослел, он почувствовал себя гражданином мира, и стал ходить по нужде исключительно в моем саду.

Этим дело не ограничивалось. Вся личная жизнь кота Степана проходила почему-то на моем участке. Начиная с ранней весны, и до первых морозов я не могла открыть окна: под ними или проходили разборки между кошачьими паханами, или собирались кошачьи ансамбли.

Конечно, я возмущалась вслух, жаловалась соседям, но на поведении кота это не отражалось: Степан был личностью самостоятельной и независимой, весь в хозяина.

И я решилась пойти на крайнюю меру – завести собаку. Оставалось решить – какую.

До встречи с клиентами оставалось полчаса, и, выехав на дорогу, я забыла на время о противостоянии с соседским котом и его хозяином.

Под строительным забором меня ждали две женщины, с первого взгляда между ними угадывалось кровное родство.

–– Меня зовут Екатерина,– улыбнулась я, – я агент компании «Гешефт».

«Ничего они не купят», – тут же решила я, не забывая улыбаться.

Понимая, что день уже и так пропал, я неожиданно почувствовала кураж : «Еще посмотрим, кто кого».

– Девочки, – доверительно сообщила я,– можно найти дешевую квартиру, а жить – то как, если соседи окажутся безработными алкоголиками?

«Девочки» понимали. Они закивала головами, переглянулись и та, что с разными бровками, попросила:

–Нам бы и недорого, и на набережной.

– У меня есть одна квартирка…Место тихое, зеленое, и недалеко от центра, и, главное, цена не агрессивная, а соседи – сплошь интеллигенты. Я сегодня везу туда двух клиентов. Будем смотреть?

– Будем, будем,– закивали головами «девочки» и заволновались.

Уже хорошо.

Я затолкала их в свою Оку, нырнула в поток машин, покрутилась во дворах, и, подрезав несколько солидных тачек, вынырнула в нужном месте.

Мы вошли в обшарпанный подъезд, поднялись на этаж. Преодолевая дурноту, я открыла своим ключом квартиру и пригласила женщин войти.

Пока они осматривали помещение, я приходила в себя: украдкой промокнула испарину над верхней губой и сделала несколько дыхательных упражнений.