Сезон водоворотов

Давайте перезвоним Бирюкову. Возможно, это недоразумение.

– Ох, Ася, вы меня режете без ножа. Заметьте, вы перетянули на свою сторону моего адвоката, вы сидите в моем помещении, и вы хотите, чтобы я еще звонила ему и уточняла, как он меня понял ил понял ли вообще. Вы ставите меня в сложное положение, – скуксилась Наталья Павловна, не потеряв при этом ни грамма шарма. – Когда вы отдадите остаток?

– Если вы подождете…

– Ну что с вами делать? Кто еще поможет женщине, если не женщина.

Опять она оказывалась пострадавшей стороной, вот ведь способности у женщины!

Я собрала волю в кулак.

– То есть, в документах мы укажем четыре миллиона?

Ухватова снисходительно улыбнулась:

– Нет, зачем же, налоги же вырастут.

Оставив расписку, Наталья простилась и выплыла из кабинета с моими денежками.

Я положила голову на стол, и сидела в полном изнеможении какое-то время, собираясь с силами и мечтая попасть домой, на диван, где меня ждала моя собака.

Я даже представила, как мы устроимся перед телевизором, и в полном согласии друг с другом будем смотреть один и тот же канал.

– Ася, ты не забыла, завтра конференция предпринимателей, – напомнила Валюшка.

– Завтра так завтра, – вздохнула я.

… Впервые после самоизоляции и карантина администрация решила провести встречу не виртуально в «зуме», а offline.

Для телевидения меры безопасности были соблюдены: масочный режим и дистанция – два пустующих кресла между участниками.

К в старые добрые времена в перерыве все снялись с мест и отправились в буфет, и меры безопасности были благополучно забыты.

Я тоже сняла маску и встала за порцией салата и сока. За мной заняли очередь фактурные мужчины, высокие, широкоплечие, спортивные. Они о чем-то спорили.

Я прислушалась: говорили о том, кто и как выбирался из кризиса.

Кто-то продал квартиру, чтобы рассчитаться с кредитом, и переехал в деревню, кто-то подал заявку на банкротство, переждал и открыл новый бизнес.

– Девушка, а вы чем занимаетесь? – раздался волнующий баритон прямо у меня над ухом.

Я обернулась и почувствовала волнение. На меня смотрели внимательные серые глаза.

– Я? Я в рекламном бизнесе.

Идиотка, тут же обозвала я себя. Еще в обморок грохнись от полноты чувств.