Бортовой журнал Стрижа

А ты кто – дым или вода?»

– Ни рыба, ни мясо я, дед.

«А и тем, и другим быть зазорно? Ведь живем, потому что интересно.»

Ян стиснул кулаки под пледом. Вот и все ответы на твои вопросы, рецепт жизни и способ не сдаваться. В одном флаконе, пользуйся на здоровье.

Говорят, что характеры наследуются через поколение. Говорят, что наступать на одни и те же грабли – не смертный грех.

– А кто ты еще, кроме пилота, дед?

«У меня была физическая установка когда-то, стенд в одном НИИ. Там я был всем.

Тихо пискнула панель управления в подлокотнике кресла, знаменуя конец калибровки виртуальности, реальности и душ людских. Ян осторожно отсоединил от костюма деда все лишние провода, застегнул воротник и помог натянуть перчатки. Александр Валько лег в кресло, выравнивая дыхание. Оставалось только нацепить шлем с белой ящеркой на височной панели и нырнуть до дна.

– Ну что там, родила царица? – нетерпеливо проныли с того конца чердака.

– Вроде того, – отозвался Ян, еще раз проверяя настройки пилота Salamander на выносном мониторе.

Алая подсветка неизменно сопровождала взгляд – дед подгонял под себя все параметры кокпита как, вероятно, делал дизайнер-перфекционист по имени господь бог, создавая землю и постоянную Планка. Даже уточнение отклика изображения в шлеме на поворот головы, боги сети… до таких деталей не скатывались даже вирпилы в «Векторе тяги». «Дай деду волю, – подумалось Яну, – выставил бы сотню процентов реалистичности, вот только противнику сейчас… хм, нечем принять такой вызов.

Процент реалистичности был в самом конце списка и полыхал алым не меньше остальных. Значил он отнюдь не перегрузки в кресле. Они уже давно стали нормой для подобных симуляторов, в отличие от соотнесения полоски игровой жизни и жизни реальной. Это и называлось процентом реалистичности: задели тебя по касательной – пощиплет в груди, сбили насмерть – лови разряд в мозг.

Ян подавился на вдохе, увидев выставленное дедом число.

– И кого родила? – продолжили допрос из кучи проводов.

Две пары синих глаз, омуты неба и большой воды, молча ныряли друг в друга. Где-то сотней уровней глубже Ян и Санька прекрасно понимали, каково это – ради победы поставить на карту… все? О нет, только себя самого. Так уже было. Так сгорали в итоге все, кто выходил на Большую Охоту.