Портрет

А дальше аккуратно размешивать содержимое корыта лопатой, ощущая с каждым движением, как эта разнородная масса становится единым целым, приобретает тягучесть и внутреннюю силу. Матвей смотрел на поверхность корыта, и ему чудилось, что не лопата под его руками заворачивает то по часовой стрелке, то против, а это ниспадающие на плечи волосы Ревмиры кружатся в сказочном хороводе и зовут к себе с такой силой и нежностью, перед которыми невозможно устоять. Но устоять было необходимо: денечки горячие, выходных нет и не предвидится, а значит, свидание откладывается.

Хорошо хоть, что не пройденные до Соцгорода километры скоро начнут сокращаться. Палыч подумывает о переносе лагеря, чтоб не тратить утром-вечером лишнего времени на дорогу туда-назад.

Закончив подготовку очередной ямы, ребята уселись на траве перекурить. Настроение было не ахти: работа однообразная, кормежка хоть и получше стала, но хотелось побольше и поразнообразнее. Из Соцгорода никаких новостей. Что там на строительстве происходит? Котлован под первый цех закончили? А под второй? Военные строители прибыли? Палыч, которого ребята теребили с расспросами после каждой поездки в штаб строительства, отделывался фразами, из которых ничего толком не становилось ясным.

Например, на вопрос о прибытии долгожданного батальона, а лучше двух, он отвечал набором мало связанных между собой слов, густо пересыпанных междометиями. Удавалось лишь уловить, что электроэнергия от их ЛЭП нужна не только для самой стройки, но в первую очередь для лагеря, который вот-вот начнут строить. Что за лагерь – полная загадка. И зачем его устраивать в стороне от палаточного городка на пустом месте? Может, это наметки другого квартала будущего Соцгорода?

Надеялись, что Палыч, сегодня снова поехавший закрывать наряды, привезет из штаба свежие и проясняющие суть дела новости. И мастер, вернувшийся к концу рабочего дня, ожиданий не обманул. Новости были, да еще какие!

– Собирай ребят! – останавливая Ночку, крикнул Палыч Егорову.

Когда все, не заставив себя ждать, сгрудились возле стола у палатки, мастер, немного покашляв для важности в ладонь, огорошил:

– Шабаш! Завтра последний день.

С утра, ежели успеем, поставим опоры в готовые ямы, а после будем дела передавать.

– Как так? – послышалось со всех сторон. – Мы не справляемся? Кто вместо нас? Красноармейцы?

Мастер молчал, разглядывая носки густо покрытых пылью сапог.

– Палыч, что случилось? Скажите, наконец! – ребята всё плотнее обступали мастера.