Inselstadt: Город-остров

Впервые возникло и оформилось в слова не поддающееся здравой логике желание уйти вместе, не выбирая между силой любви и высотой творчества.

Где-то в десяти метрах над Йоахимом беспокойный падре вновь приник к щели меж досок – на этот раз ухом. Святой знак уже не помог ему – стало ясно: в оставленной без присмотра крипте прочно обосновалась неблагая сила.

– При всём уважении, падре, неблагой силой я склонен считать либо бродяг, либо анархистов, – ответил на это заявление начальник стражи Хафенбурга, – в любом случае, и с теми, и с другими следует разобраться.

Следующим вечером на площади Королей начали словно бы невзначай собираться люди в штатском, старательно прячущие в походке военную выправку. Этот же вечер выбрала Катарина для того, чтобы выйти торговать с лотка, и имела на площади Королей большой успех несмотря на свою рассеянность, вызванную навязчивым желанием найти Йоахима. Найти и принять любой исход отношений с ним, потому что пытки неопределённостью девушка более не выдерживала.

Шло время, фиолетовая вуаль сумерек сменилась звёздным фетром душной ночи; Катарина зажгла свечу на краю лотка, но уходить домой не собиралась. Люди в штатском сочли поведение торговки весьма подозрительным и молча переглядывались за её спиной, понемногу сжимая кольцо. Но задержанию не суждено было состояться: над площадью воцарился звук, который жители города почти сумели забыть и который ни за что не желали услышать вновь. Звук неотвратимой трансформации металла и камня.

– Стоять!

Резкий окрик подкрепился клацаньем взводимых затворов. На останках галереи, ведущей в колокольню, заметалась тощая высокая тень; слитный свет десятка фонариков превратил арку готического портала в театральные подмостки, а седого человека в измятом плаще готов был сделать главным героем и жертвой городской мистерии одновременно.

– Йоахим! – не удержавшись, ахнула Катарина.

И тогда начальник стражи допустил первую ошибку.

– Задержать сообщницу! – прозвучал приказ. Стражники, перестав играть мирных граждан, схватили Катарину за плечи. Рассыпались по булыжнику печенья и яблочные слойки, погасла в падении сбитая свеча.

– Отпустите её! – закричал Йоахим. И тогда начальник стражи допустил вторую ошибку.

– Огонь! – прозвучал приказ. Но чтобы прицелиться в Йоахима, стражникам требовалось освободить руки от Катарины, что они, растерявшись, и сделали.