Я

Это рука, рефлекторно среагировав, как она делала это последние дни, прихлопнула очередного комара, собравшегося поживиться остатками моей крови, которую почти полностью высосали миллионы его сородичей еще неделю назад. Я поскреб буйно разросшуюся бороду. Нет, черт возьми, какая все-таки романтическая у меня цель, если она дождется бородатого, пропахшего дымом костра, искусанного комарами мужика, со стертыми до костей ногами, полопавшимися сосудами в глазах и ссадинами, ровным узором покрывавшими все тело.

Меня ждала Аино, что по-фински значит «единственная» – так ее зовут, и за последний год я понял, что нет имени красивее. Тяжело быть до конца честным перед самим собой, но, наверное, только Единственная могла позвать меня, в полной уверенности, что я приду, да что там, приползу по первому ее зову. И только из-за Аино я совершил то, что совершил, не повернув назад, ни разу не остановившись, и собираюсь закончить начатое. Я, солидный и состоявшийся мужчина, средней руки бизнесмен, бросился очертя голову в один из самых рискованных походов в своей жизни.

Мою размеренную жизнь перевернула с ног на голову моя Единственная.

А всего полторы недели назад, уютно устроившись с ноутбуком на коленях в своей питерской квартире, я в который раз жадно перечитывал единственное слово: "Приезжай". Размышлял о том, как возьму напрокат машину, и поеду по маршруту Хельсинки – Турку – Вааса – Оулу, а уж оттуда всего полчаса до Мухоса.

Прикидывал, что на поезде путешествие до Оулу займет у меня каких-то шесть-семь часов. Собирался выяснить, нет ли воздушного сообщения между столицей Финляндии и этим проклятым портом.

Но все вышло не так. Через час на мой электронный почтовый ящик пришло объемистое письмо, содержавшее в себе подробный маршрут, расписанный буквально по часам и нанесенный на подробнейшие карты. Мне предписывалось взять с собой камеру GoPro. Аино не должна была усомниться в честном прохождении всех испытаний, придуманных ей… Для чего? Чтобы я доказал, как я люблю ее? Чтобы она ни на минуту не могла усомниться, что я настоящий мужчина? Чтобы у нас появилась романтичная история, которую так приятно пересказывать подругам, друзьям, детям? Не знаю.

Но уже на следующий день я, поспешно проинструктировав зама и отзвонившись родителям, летел в Хельсинки.

Первый свой «репортаж» я снял еще на борту самолета.