Я

Поводив камерой вокруг себя и ткнув ей напоследок в иллюминатор, я повернул на себя объектив и сказал наверняка с ужасным акцентом: «Ракастан синуа, Аино!» Пожилой финн, сидевший чуть дальше от меня, высунулся в проход и, улыбнувшись, подмигнул. Я улыбнулся в ответ, и решил, что в конце каждой съемки буду говорить о своей любви. Приземлившись, я поспешил на Лоннротсгатан, в небольшое кафе, где мы полгода назад выпили по две чашки кофе. Этого не было в маршруте, но мне захотелось сняться на фоне светло-коричневых столиков, и узнать после, помнит ли Единственная это место.

Кофе был отличным, я вновь признался Аино в любви и отправился навстречу своей судьбе.

Первую часть маршрута – 400 километров до города Куопио – я преодолел быстро, несмотря на то, что по условиям моей девушки я должен был передвигаться автостопом. Наверное, было что-то располагающее в моем большом туристическом рюкзаке, удобной неброской одежде и не успевшей располнеть от сидения в офисе фигуре. Иначе чем объяснить тот факт, что подбирали меня в основном скучающие одинокие женщины, гнавшие, несмотря на стереотипы о медлительных жителях Суоми, под сто пятьдесят.

Мы общались, смеялись, шутили, несмотря даже на мой бедноватый английский, например, я узнал, что по-фински канал будет "канава", булочка "какку" (дайте мне вот эту …), а козел – "пукки", а уж слов, начинающихся на извечные три русские буквы в финском просто море.

В общем, путешествие мое начиналось настолько гладко, что, лишь взяв напрокат джип с катером на прицепе в городе Куопио, я осознал, что мне предстоит.

Я должен был, ориентируясь по карте, добраться до истока реки Оулуйоки, сплавиться по ней до города Оулу и оттуда прошагать пешком несколько десятков километров. Здесь придется воздержаться от описаний бесконечных развилок, тупиков, ночевок в лесу и прочих сомнительных прелестей, ожидавших не слишком приспособленного к подобной жизни бизнесмена, покоряющего Финляндию своим ходом. Достаточно сказать, что сигареты у меня закончились на третий день, хотя покупал я их из расчета на неделю.

Но сейчас все это позади. Я стою на берегу четвертого по величине озера Финляндии и пытаюсь сказать непослушными губами три слова на чужом языке. Они уже превратились в пароль, в «Сезам, откройся», я научился повторять их почти без акцента и сказал уже раз сто… И от этого они окончательно потеряли свой смысл. Я выключил камеру и сказал куда-то в центр озера: «Я люблю тебя, Единственная!» Но это не помогло.