Миссия Амальгама

А директор уже вовсю что-то скрежетал по внутренней связи…

Повод подойти ворвался в кабинет в следующую секунду после финиширования директора с алиллуйным: «Я сказал – заплатить!» Перед поводом был неприличных размеров горшок с каким-то очень пушистым фикусом.

– И куда это ставить? – громко поинтересовались из фикуса так, как будто мир един и прекрасен, а все эти директора Засирыкины, двери и правила вежливости не более чем божий бред под ЛСД.

Это стало последней каплей. Засирыкин взвился из-за стола, очень цензурно и витиевато накрыл всех присутствующих по матери, красочно описал их взаимоотношения с хакерством, фикусами и реалити-шоу, а потом выплюнул Орлову в лицо:

– Забирай этих троих и проваливай!

«Эти трое» и капитан очень быстро смотались из директорского кабинета.

В пяти шагах от хлопнувшей двери Орлов смог вдохнуть, на шестом его разобрало на смех. Он рванул за рукав парня в плаще и попытался отдышаться. Парень затормозил и вопросительно вскинул бровь. А рядом уже маячил и носильщик фикуса, светлый такой, в мятой рубашке, обычный великовозрастный раздолбай. Лосев стоял за их спинами в крайней степени апофигея.

– В космос хочешь? – спросил Орлов тихо, обращаясь к тому, кто назвался Ониксом Заневским.

Взгляд серых глаз выдал предательскую неравнодушную искру.

– Да мне сейчас хоть в черную дыру, – Оникс криво усмехнулся.

– Можно и туда, – кивнул Орлов.

– А я тоже с вами, – вдруг влез в разговор носильщик фикуса, прожигая синими глазами капитанский лоб.

 – Вам наверняка нужен такой на все руки мясо… тьфу… мастер, – и уже без перехода, будто все решено и других вариантов быть не может, – инженер-исследователь Ян Заневский. Однофамильцы.

– Да не ври уже, – тихий голос Лосева заставил инженера-исследователя сначала тихо вздрогнуть, потом рыкнуть.

– Ладно. Братья мы. Только я все равно полечу.

«Вот тебе и ноев ковчег, – мысленно простонал Орлов, на миг закрывая глаза, пытаясь собрать ускользающие нити разумных решений и робко ступая на лунную дорожку интуиции.

 – А ведь все только начинается…»

***

Странное это было ощущение – ненужности происходящего. Крутишься как белка в мясорубке, собираешь людские души в котомку за спиной и сам не знаешь, сколько из них агнцев, а сколько козлищ. Орлов, сидя в скверике на скамейке, горько усмехнулся. Козлища, агнцы – не все ли равно. Нужны лишь те, что уже свободны – читай, умерли внутри.