Сезоны Персефоны: по следам Колеса

Наставница выскакивает из-за сарая, кидает плед на фигуру, в которой уже больше паучьего, чем человечьего.

– Сейчас!!

Ослепительная искра срывается с пальцев Вовки. Не зажигалка: собственный дар огня.

Пламя занимается мгновенно, возносясь в порыве ветра чуть не до крыши дома. Из-под пледа доносится утробный смертный вой. Вторя ему, вопит Вовкина мать:

– Ты что твори-ишь, ирод?!

Теряя тапки, женщина кидается в костёр, что в единый миг стал погребальным. Сын ловит её за кофту, получая в ответ отчаянную оплеуху; оба падают в сугроб.

Скрюченными от ненависти пальцами та тянется к сыновней шее, но быстрая серая тень заламывает ей руки за спину.

– Теперь говори с ней. Снимай морок.

– Мам. Послушай… Это не папа там. То, что им притворилось, из нас бы через неделю души выпило в обмен на обман. Тяжело закрывать дверь надежде, вот оно в эту щель и проскользнуло. А совсем тяжело – прощаться навек, но если… если не сделать этого прямо сейчас, оно восстанет и тогда нам точно конец.

Пожалуйста, мам. Ради нас. Не позволяй этой сущности осквернить папину память…

Руки женщины слабеют, вместо тяги душить обретая желание обнять. Сьена выпускает пленницу, и та тычется заплаканным лицом в плечо сына, шепча заветное: «Отпускаю». Перекрикивая вой и скрежет, седая ведунья поёт над огнём отходной заговор. С последним его словом в небо возносится ракета, о которой все успели забыть.

Семицветный букет расцветает в небе, отмечая полночь.

***

На второй неделе января морозы ослабили хватку, но Персефона решила задержаться в гостях, дабы сохранить достигнутый результат и отметить старый новый год, закрыв личный марафон зимних праздников. К тому же прямо на её глазах начала проясняться жуткая история, обещавшая открыть истинную причину убийственных холодов.

Хранитель атомных часов был прав: световой день не прибавлялся, хотя земная орбита осталась прежней: секунды пространственного-временного смещения стали тем разломом, в которую еженощно успевала пролезть незваная хтонь межмирья.

Разлом становился дольше. Лес под Могилёвом оцепили волколачьими отрядами. Среди вещей Михася был найден дневник с расчётами и формулами запретных заклинаний.

– Зря я парня перед классом выставила да идею его в пух и прах разносить начала, – запоздало убивалась наставница.