Отбор женихов для волчицы лунного князя

Отбор женихов для волчицы лунного князя

Анна Замосковная

Жрица оборотней передала мне лунный дар перемещаться между мирами. Теперь я, человеческая девушка, лакомый кусочек для воинственных кланов оборотней. Единственный, кто может от них защитить – лунный князь. Но я не ожидала, что его помощь обернётся для меня отбором родовитых хвостатых женихов. И отпускать меня никто не собирается. Интересно, а самого князя выбрать можно?

Анна Замосковная

Отбор женихов для волчицы лунного князя

ГЛАВА 1

– Как поживает Галина? – страшный вопрос наконец задан, и на языке оседает горечь невыплаканных слёз.

Краем глаза вижу, как сжимаются на руле пальцы Михаила. Чёрным полотном несётся мимо лес, и единственный свет – отблески фар его Ауди, ложащиеся на помрачневшее любимое лицо.

– Не понимаю, о ком ты. – Стальные нотки в голосе Михаила выдают раздражение слишком сильное для ошибочного вопроса. – Это какая-нибудь сотрудница?

Сердце разрывается, но я шепчу немеющими губами:

– Твоя жена.

Он кривится, а я тысячный раз говорю себе, какая дура, что поверила, будто красивый молодой человек с зарплатой в полмиллиона может быть свободен.

Однозначно дура!

– Вот зачем ты всё это узнавала? – Михаил ударяет по рулю. – Трудно было не совать нос в чужие дела?

Чужие…

Дыхание перехватывает, я выгибаюсь на сидении: мне тесно, невыносимо рядом с ним. Невыносимо осознавать, что он лгал, и все его слова о любви – обман, и я трусиха, потому что вместо того, чтобы сразу спросить, села в машину и, нелепо надеясь, что всё обойдётся, ехала целый час, прежде чем выдавила проклятый вопрос.

– Поворачивай, – молю я, и слёзы подкатывают, но не могут пролиться. – Поворачивай.

– Не истери.

Судорожно дёргаю кнопку, и в приоткрывшееся окно врывается ночной воздух. Комар ударяется о мой нос и уносится на Михаила. Я впиваюсь в душащий меня ремень.

– Не истери, кому говорю! – Косой взгляд Михаила полон ярости.

На меня накатывает странная апатия, я обмякаю, смотрю, как золотой свет фар высекает из тьмы искры трепещущих на ветру листочков, стволы, серое полотно дороги с проплешинами заплаток.

В висок бьёт ветер, свистит о край стекла. А мне нечем дышать, и голова разрывается.

– А знаешь, даже хорошо, что ты теперь знаешь, – Михаил нащупывает сбоку сигареты и вытряхивает одну. Сжимая её уголком губ, глухо продолжает.