Города и моря

Я не мог предупредить ее о приезде и волновался. Любимая открыла дверь и

вскрикнула. Она стирала и руками в мыльной пене не сразу смогла меня обнять.

***

Как-то перед вахтой матрос Колодяжный крепко выпил. Однако нашел в

себе силы подняться на мостик. Появившись перед изумленным штурманом,

громко отрапортовал:

– Матрос Колодяжный на вахту… выйти не может!

Хабаровск—Николаевск-на-Амуре, 1977 год

В Хабаровске летом невыносимо жарко. Спать невозможно – душно, а

окна открывать нельзя – заедают комары.

пробыл в родном городе несколько дней, встретился с друзьями. Потом

понял – скучаю. И от континентального климата отвык…

Главное управление Амурского речного пароходства находится на

Комсомольской площади. Красивое здание с почти адмиралтейским шпилем. Из

окон – прекрасный вид на Амур. В отделе кадров мне обрадовались. Как потом

понял, на судах не хватало матросов, а у меня был небольшой опыт работы в

море.

ход «Пржевальский», рейс Хабаровск—Николаевск-на-Амуре. Причину его

поспешности я понял позднее…

«Пржевальский», белый трехпалубный «пассажир», стоял у речного вокзала,

превосходя его размерами в два раза. Для ясности: Хабаровский речной

вокзал – это всего лишь украшенный деревянными надстройками плавучий

дебаркадер. Ресторан, правда, на нем имеется. Кормят неплохо, и название

оригинальное – «Чайка».

Вахтенный матрос не хотел пускать, но я гордо предъявил направление и

попросил проводить к старпому.

– Сам найдешь, – небрежно отмахнулся вахтовой.

Старпом, довольно молодой и заметно нервный, быстро просмотрел документы.

– Шлют хрен знает кого, – буркнул он в сторону и, уже повернувшись

ко мне, по-командирски произнес: – Найдешь боцмана, скажешь, я прислал

и велел определить.

Боцман тоже оказался человеком приветливым.

– На Камчатке работал, говоришь… Ладно. Идем, покажу тебе твою

каюту и обязанности расскажу.

Иллюминатор в каюте оказался почти вровень с водой.

– Да, – кивнул головой боцман, – не вздумай открывать.

Я начал раскладывать свои вещи.

– Брось, вечером разберешь, – помотал головой старый хрыч, – пойдем,

работа есть.

Повел наверх и заставил менять унитаз в каюте первого класса.

За работой я пропустил отход.