Всего лишь мишени

Короче, диктант я кое-как пережил. По звонку положил тетрадку на учительский стол и, измученный, поплёлся смотреть расписание на стенде – дневник у меня никогда не бывает заполнен. Если уж кто захочет влепить мне за что-нибудь «пару», то пусть уж сам потрудится вписать свой предмет. Мелочь, но хоть какая-то месть.

А из расписания я узнал, что за одной пыткой мне сразу же без передышки уготована другая. Следующим уроком у нас шла физ-ра. Потому хоть немного перевести дух в кабинке было нельзя – нужно спешить в раздевалку, чтобы успеть переодеться в спортивную форму.

А в раздевалке вся банда уже в сборе, и никуда я от них на это время не денусь. Не было только Лёвы и Сени – какой-то хитростью они легально прошатывают этот ненавистный им предмет, прикрываясь очередными олимпиадами или слётом юных натуралистов. Запашок уже успел настояться – эта непередаваемая смесь испарений не ведавших дезодоранта тел, грязных кроссовок, сигаретного дыма, перегара и приторного аромата Стасова парфюма, на который, как он говорит, «все тёлки западают».

Они уже успели натянуть свои мятые белые футболки и растянутые треники, так что все они теперь просто развалились на скамейках. Пришло время «настоящих мужских разговоров».

Богдан сидел в сторонке всё в том же чёрном облачении, завершая своего всадника, и делал вид, что он здесь совершенно один. Потому в разговоре, изредка косясь в сторону новичка, участвовали только Стас, Вован да Юрец.

– Ну чё, как вам новая классуха? – начал Юрец.

– Фуфел, – ответил Стас. – Сто пудов педофил.

– Ага, точняк, – подтвердил Вован.

– В натуре, век воли не видать. Только на кого он торчит? На нас или на девок?

– А чёрт его знает. Может, он это… унисекс. Выстроит всех нас в ряд – и давай!

Да уж, вот тебе и возвышенность в людях! Как он там сказал: «ты просто не видишь их благородства и героизма». А какой-нибудь Чарльз Диккенс видел. Ага, посмотрел бы я на этого Диккенса, если бы он учился в нашем классе.

Может, в старину все и вправду были сплошь рыцари да прекрасные дамы. Не знаю, я в то время не жил. Но скорее всего всё это враки. Вырастет какой-нибудь Лёва и настрочит про нас книжонку типа «Школьная пора – беззаботное детство». Будут там ученическое братство, жажда знаний и бескорыстное товарищество.