Адептка в Мужской Академии

 – Мой помощник уже проинформировал директора Академии о твоем приезде, так что, – король взглянул на друга, – действуй. Неделя на свадьбу и прочие приготовления. Не больше.

– Как прикажете, ваше величество, – снова поклонился Дорнан, понимая, что личная аудиенция окончена и ему пора откланяться. Король коротко кивнул, и мужчины встретились взглядами.

– Я рассчитываю на тебя, – тихо проговорил монарх.

– Не подведу, – спокойно произнес маг в ответ и, развернувшись, направился к выходу из кабинета.

Утро принесло с собой солнце и тепло ускользающего лета.

Сразу после завтрака в компании родных я уведомила отчима и матушку о том, что отправляюсь к Манлеям в гости и планирую переночевать у Алисы.

Если сэр Уильям и был против, то ничего не сказал. Разве что его взгляд выражал крайнее недовольство. Но на этот раз матушка оказалась на моей стороне, что случалось в последнее время крайне редко.

– Пусть девочки пообщаются. Оливия и Алиса непременно будут скучать друг по другу, когда наша дочь выйдет замуж и покинет родной дом, – глядя на мужа, прощебетала моя матушка.

– Я не возражаю, – коротко и холодно отчеканил лорд Сэлми, после чего продолжил утреннюю трапезу. А мне милостиво позволили в это утро проехаться верхом до поместья соседей, в то время как вещи, необходимые каждой леди, отправили в экипаже вместе с горничной Нэн.

Раннее утро радовало свежим воздухом. Сидя в седле, я медленно ехала по тропинке, соединявшей земли Сэлми и Манлеев. Красота осени радовала глаз яркими красками.

Деревья еще не спешили расстаться со своими нарядами, а в воздухе, несмотря на утреннюю прохладу, еще чувствовалось остаточное дыхание лета, и я наслаждалась каждым мгновением, которое мне оставалось провести здесь, в месте, в котором я провела столько замечательных лет своей жизни.

Я думала о матушке и волновалась из-за нее. Но в кармане дорожного платья хранилось письмо, которое Алиса передаст леди Сэлми, когда откроется мой побег. Ни минутой раньше. В нем я изложила все свои мысли и желания, хотя не особенно надеялась, что отчим и матушка поймут.

И все же, главной целью этого послания была просьба не беспокоиться о непутевой дочери и простить меня за мой поступок, о котором я буду жалеть меньше всего.

Вот лес расступился, и вдали показалось поместье, принадлежавшее родителям Алисы. Я пришпорила коня, думая о том, что, возможно, нескоро еще сяду в женское седло.

Вуалька на шляпке развевалась от быстрой скачки.