Адептка в Мужской Академии

Но уже будучи женой Блеквуда, а не свободной девицей с ужасным своевольным характером, который всегда выводил его из себя.

Девчонка росла, отбившись от рук. Мнила о себе невесть что. Мечтала не о том, о чем должна мечтать приличная девица ее возраста. Хотя, чему удивляться, помня о том, кем был ее родной отец.

Да, Сэлми называл Оливию на людях дочерью, но никогда, за все эти годы, пока девочка жила в его доме, не чувствовал к ней ничего, даже отдаленно похожего на родственные чувства.

Оливия его раздражала.

И он ничего не мог поделать с собой, мечтая как можно раньше и выгоднее отдать девчонку. А когда этот шанс выпал, Сэлми не находил себе места от счастья. И вот, в шаге от желанной цели, вдруг это происшествие. Сэр Уильям подозревал, что стоит ожидать неприятностей. Ведь он слишком хорошо знал дочь своей супруги. И вот теперь ему кажется, что подозревал не зря.

В поместье Манлеев его ожидало горькое разочарование. Девица Оливия пропала. А ее подруга, леди Алиса, только стояла и на все вопросы хлопала ресницами.

Ни дать, ни взять тупая курица. Конечно, он не мог так выразиться в присутствии ее родителей, но мысленно отругал девчонку за то, что позволила его падчерице исчезнуть.

– Вчера вечером леди Оливия не спустилась к ужину, – леди Манлей покосилась на дочь. – Алиса передала нам ее извинения и объяснила, что вашей дочери, сэр Уильям, сделалось немного дурно, якобы от волнения.

– От волнения? – Он пересек просторную гостиную широкими шагами, понимая, что вожделенное счастье и признание ускользает из рук песчаной змейкой.

 – Да Оливию тяжело заставить волноваться.

– Уильям! – попеняла ему супруга. – Ты несправедлив. Девочки нет. Она сбежала из-за нас. Мы слишком надавили на нее с этой свадьбой. И лорду Блеквуду стоило сначала поухаживать за Оливией, как это принято в нормальном обществе.

– Вот сама и скажешь об этом Блеквуду, – разъярился Сэлми.

– Она оставила вам письмо, – Алиса шагнула вперед и протянула белый конверт леди Сэлми. Та, оглянувшись на мужа, приняла его.

Но открыть не успела. Уильям быстрыми шагами подошел и отнял конверт, вскрыв его в нетерпении без ножа. Развернув белый лист, испещренный ровным почерком падчерицы, он начал читать, бледнея и краснея попеременно.

– Неблагодарная! – дочитав, он вернул письмо жене. – Вот, полюбуйтесь! Какой позор! И что я теперь скажу лорду Блеквуду? Боги!

Он присел на софу, запустив пальцы в короткие волосы. Внутри у мужчины бушевал ураган. Мысли словно взбесились.