Трансформация – дорога домой. Воин Огня

Все, что помню из той драки – это красная пелена перед глазами и мерзкие ненавистные рожи, которые во что бы то ни стало нужно уничтожить, разбить, размазать об асфальт…

Нас растащили местные мужики.

На мне живого места не было. Итак, видавший лучшие виды и знавший лучшие годы, причем не в моем гардеробе спортивный костюм был изорван в лоскуты. У одного кеда была оторвана подошва, второй порван пополам. В зеркале, вернувшись домой, я увидел вместо лица один сплошной синяк. Лицо на следующее утро опухло так, что стало в два раза больше и приобрело лилово-фиолетово-желтый цвет.

Белки глаз стали красными как у заправского вампирюги, синие губы так же придавали сходство с ним. На теле не было живого места, все в синяках и кровоподтеках. К счастью, обошлось без переломов.

Но и на них, на всех четверых, было страшно смотреть. Разбитые носы, губы, у двоих заплыли оба глаза, у одного ухо опухло так, что стало в три раза больше другого. Позже узнал, они не обошлись и без переломов.

Итогов того инцидента было три.

Первый. Меня чуть не поставили на учет в детскую комнату милиции. Сначала родители гопоты настаивали. Милена вступилась за меня, но никто ей не поверил. Повезло, что учительница, которая ее спасла, подтвердила слова Миленки, и родители «пострадавших» решили замять дело, их детям уже было вполне прилично лет, и дело попахивало попыткой изнасилования.

Я позавидовал Миленке, к ней так хорошо относятся учителя. Я же выслушал очередную лекцию о том, что финал моего жизненного пути колония и тюрьма – без вариантов.

Второй. Местная гопота стали меня бояться и обходить стороной. Посчитали, что я отбитый на всю голову, и дали кличку – Берс.

Но я не тешил себя надеждой, что это надолго. Тогда впервые я посмотрел на Миленку не как на Друга, а как на девчонку, и понял одну простую вещь – она взрослеет и становится красивой. Данное обстоятельство в ее бывшем спокойном мире было бы крутым, но в нашем неблагополучном – ох какая серьезная проблема, можно сказать катастрофа.

И попытка будет не первая, и увы далеко не последняя. А защитить ее некому. Ее отец и так был не боец, актер театра, худенький и плюгавенький, а щас, после постоянных возлияний, совсем ни о чем, его самого защищать надо.

И отсюда третий итог. Я слишком слаб. А у меня две женщины: Мама и Милена; которых кроме меня некому защитить.

И что делать?

Я видел только один ответ на этот вопрос – нужно становиться сильным. Очень сильным.