Мои волки. Любовь истинная и нет

В тесном помещении накурено, дух стоит такой, что человек, вошедший с улицы, со свежего воздуха, сначала пошатывается и только потом двигается дальше в поисках свободного места. И тем не менее аромат женщины – да-да, это аромат женщины, сексуальной здоровой самки – обрушивается на меня и оглушает. Это как сход лавины. Как камнепад в горах. Как контузия. Как крушение самолета, в который ты сел, не подозревая о грядущей катастрофе. Дьявол проклятый, это как врезаться в фуру на полной скорости! Бах! И нет тебя. Размазало.

Смяло.

Чем ближе Гор подходит, тем сильнее становится запах. К тому моменту, как приятель опускается на соседний стул, я уже понимаю весь масштаб трагедии. Этот сладкий, будоражащий аромат исходит от его пальцев, которые – будь я проклят, если ошибаюсь, – пару минут назад побывали в женщине. С кем там Гор сейчас встречается? Последние пять лет меня не было в стране – эта наша вторая встреча с приятелем после того, как я вернулся из Эверского леса, где налаживал связи со стаей рыжих волков.

В прошлый раз от Гора не пахло женщинами.

– Прости, задержался, – друг смотрит на часы. – Элен попросила отвезти ее в салон на какой-то шаринг, шмаринг, шваринг… короче, на свои дамские штучки.

Я отрешенно киваю и вижу их обоих в машине: Гора и его самку, чей аромат сейчас чувствую. Словно фильм смотрю. Одна рука Гора на руле, управляет автомобилем, вторая – опускается девчонке на колено, скользит выше, под короткую юбку. Элен – так зовут волчицу – раздвигает ноги, позволяя пальцам проникнуть под трусики, погрузиться в мокрое нутро.

Гор не успел помыть руки, влага девчонки высохла на его пальцах, и теперь запах женских соков заставляет моего волка бесноваться. Хищник внутри требует взять чужое. Украсть. Присвоить. Забрать.

«Мое, мое», – пульсирует в голове. Мне надо в уборную –  поправить разбухший член в штанах: сидеть неудобно, головка обнажилась от крайней плоти и болезненно уперлась в ширинку.

– Сейчас вернусь, – говорю я и допиваю заказанное пиво в два глотка.

А потом обхожу столы, устремляюсь к темному коридору за лестницей. Сбегаю. От запаха, срывающего крышу. От мыслей о чужой самке. От желания побиться головой об стену или броситься на Гора с безумным требованием отдать мне его женщину.

Там, в грязном сортире, я долго мою руки под холодной водой. Сердце бухает. Пальцы дрожат. Почему мои чертовы пальцы так дрожат?

С облегчением я расстегиваю ширинку и выпускаю наружу перевозбужденный член. Его вид пугает.