Падение с яблони. Том 2

Как только Харьковский сообщил мне, что этого Данте она мне подарит за ночь любви, так я сразу и совершенно искренне ответил:

– Славик, за эту книгу я могу переспать хоть с чертом!

И тут же подумал: «Зачем переспать, если книга уже у меня?»

107. Данте и моя Беатриче

Земную жизнь пройдя до половины,

Я очутился в сумрачном лесу…

Самое время почитать про ад. Ближе познакомиться с местечком, которое тебя ожидает…

Но Харьковский почему-то не воспринимает Данте.

Я выучил наизусть три песни. Читаю ему, читаю, глядь – уже спит, подлец! Или если не спит, то по глазам видно, что где-то уже далеко, у какой-то бабы.

Что ж, последую и я к ним. В конце концов, без них бы не было и Данте.

Вчера пришло письмо из Мирного.

Здравствуй, Алексей!

Странно получается, я и моя подруга получили одинаковые письма. У вас там в Таганроге что, организован кружок любителей письма? Скажу прямо, я сейчас пишу только потому, что хочу знать, кто сочиняет все это? Ты? Сопилкин? Или вся группа? Если ты переписываешь чужие письма, то, пожалуйста, не пиши мне больше.

А вообще-то, ты вовремя прислал свою фотографию. Я посмотрела на тебя и пришла к выводу, что все-таки ты пишешь сам. И если это действительно так, то продолжим нашу дружескую переписку. Кроме тебя, мне пишут еще 17 мальчиков, и все они хорошо эрудированны.

Теперь о твоей фотографии. Если тебя интересует, какое впечатление она произвела на меня, то могу тебя огорчить.

На внешность ты не из красавцев. Но мне нравишься. Свою фотографию я выслать не могу, у меня попросту нет подходящей фотографии. Да и вообще, я сначала должна убедиться, что моя фотография не станет достоянием всей группы.

Что касается нашей с тобой встречи летом, то я, Алексей, не разделяю твоей уверенности. Я сама не знаю, где я буду летом. Если мне из Москвы придет положительный ответ, то до августа я буду дома.

Если отрицательный, то меня дома не будет вообще. Это означает, что в мае я поеду работать в Москву.

Ну вот, пожалуй, и все.

Да, Алексей, не называй меня, пожалуйста, Наденькой и тем более родной. Извини, но мы с тобой еще не так близки.

    До свидания, Надежда.

Не скажу, что письмецо это привело меня в восторг. Скажу, что совсем не хочется на него отвечать. И не потому, что получил мало удовольствия от прямоты ее и здравомыслия.