Страницы прочитанной жизни

Мы суетимся слишком много,

В надежде алчем воскрешенья.

Достойно надо встретить Бога,

Покорно обретя смиренье.

«Не молил о бриллиантах…»

Не молил о бриллиантах,

О немыслимой удаче —

Мне хотелось стать богаче

Не в карманах, а в талантах.

Я просил любви у Бога,

Теплоты недоставало…

Жизни будет вечно мало,

Смерти всюду – слишком много.

В молчании

Я амбиции спрятал надёжно,

Рост гордыни уменьшил в сто раз.

Возраст-жулик нежданно серьёзно

Проявился в обличии фраз.

Неприличные хохмы пропали,

Самохвальства исчезли слова.

Нецензурные вирши едва ли

Сможет выдать моя голова.

Обещания стали скромнее,

Клятв угас обжигающий пыл.

Легкомысленный флирт – холоднее,

Жар интимных признаний остыл.

Обвиненья истлели с годами,

Восхищенья поблекли давно.

Наслаждаюсь науки плодами,

Близоруко взирая в окно.

Перестал гнать тирады волнами,

Суета надоела и шум.

За молчанье обласкан стихами

В окруженье возвышенных дум.

У камина

Быстрей не хочется бежать,

К финалу торопиться глупо.

Победных мыслей пала рать,

Влеченья копошатся скупо.

Обрыдло двигаться пешком,

Приелись нудные походы.

Я, начиная день зевком,

Лелею томной лени всходы.

Бессмысленно стоять столбом,

Чай не охранник в карауле.

С нахмуренным, в морщинах лбом,

Я чужд статичной физкультуре.

Сидеть, склонившись, толку нет,

Поскольку нудно ломит спину.

Прервав листание газет,

Плетусь к зажжённому камину.

Валюсь с кряхтеньем на диван,

Отбросив стоптанные тапки.

Лежу, безмолвный истукан,

Как батарейка на зарядке.

Любуюсь – пламени клыки

Дрова съедают аккуратно.

Воспринимаю без тоски,

Что дни уходят безвозвратно.

Сгорят последние мечты,

Испепелятся устремленья

В огне душевной нищеты,

Как почерневшие поленья.

Слизни сомнений

Он в замочную скважину жизни

Видел истины яростный свет.

И сомнений противные слизни

Пробудились мгновенно в ответ:

«Ты уверен, что свет – аксиома?

Достоверность поди докажи!

Всем фальшивость подделок знакома

В одеяниях каверзной лжи.

Может, яркость свеченья – ловушка,

Западня для смешных простаков.

Завлекает пустая гнилушка

Одурманенных сказкой ослов.

Манит блеском порой упаковка

И бесплатный, казалось бы, сыр,

Но меняется вдруг обстановка —

Ты уже не гурман, а гарнир.