Казанский альманах 2019. Коралл

 – Если поможете, я всех киргилей подговорю! Весь Алтай поднимется против тархана!

– Для того только, чтобы ты взял себе Сылукыз, Алтай не поддержит тебя, – продолжал Саттай дразнить джигита.

Раб Чура, молча сидевший в сторонке, тоже вступил в разговор:

– Я первый пойду за Ярти, – твёрдо сказал он.

Чура работал на старика Кондыза. Не было у него ни рода своего, ни племени, ни отца, ни матери. Родных тоже никого. Поэтому и прав никаких не было. Только ради пропитания пас он скот и делал другую тяжёлую работу.

Тукал и Саттай с осуждением покосились на него. Что это, мол, раб неотёсанный позволяет себе – встревает в их беседу! Но это нисколько не смутило Чуру, он знал: есть у него заступник.

– Слышал я, – продолжал Чура, спеша высказаться, – сюнны лес валить собираются. Вот тут-то мы и перебьём их из-за деревьев…

– Я тоже слышал о таком деле, – поддержал его Ярти.

– И чего вы там вдвоём наворочаете?! – продолжал насмехаться Саттай.

– И вовсе не вдвоём! Я завтра же пойду к тузбашам, потом к сармакам, аланам! – загорелся Ярти.

– А я – к арбатам и телякаям! – подхватил Чура.

– Ладно, идите куда хотите. А я никуда не собираюсь, – заявил Тукал. – Вернусь в Кондызлы, а там видно будет.

– Я тоже! – поддержал его Саттай.

Ярти помрачнел.

– Так вы что же, не вступитесь за меня? – сказал он упавшим голосом.

– Мы вступимся за тебя, – ответил Тукал, подумав. – Только ты сначала собери тысячу вооружённых мужчин…

XVIII

В ту ночь братья долго не могли уснуть, хотя и были усталыми.

Каждый думал о будущем, о завтрашнем дне, который, как оказалось, способен обрушить на голову самые неожиданные испытания. Даже Тукал, всегда такой спокойный и невозмутимый, долго ворочался, потом встал и вышел из шалаша. За ним последовал Чура. Эти двое привыкли к чуткому сну: в их обязанности входило вставать среди ночи, чтобы посмотреть, всё ли хорошо с животными. Днём они спали по очереди. Оба уснули только на рассвете.

Проснулись все в одно и то же время.

Тукал, главный среди них, подбросил в очаг дров и начал готовить еду. Завтракали в тишине. Первым заговорил Тукал.

– Я думал всю ночь, – сказал он. – Ты, брат Ярти, большое дело задумал. Мы не можем оставаться в стороне. Если суждено умереть – умрём вместе. Ну а если победим, – тоже вместе.

Ярти ушам своим не верил:

– Абый! Ты не шутишь?! – воскликнул он.

– А меня куда денете? – прикинувшись обиженным, сказал Саттай.