История одной творческой личности

Мамалыгин разлил по чашечкам кофе, придвинул блюдце с лимоном.

– Как я понимаю, вы верите во множество обитаемых миров? – неожиданно спросил он.

– Конечно!

– Ну да, – меланхолично кивнул он. – Сейчас многие верят. Во всяком случае, куда больше народу, чем пару десятилетий назад. Худо-бедно, наука делает свое

дело. Да и хорошая фантастика просвещает дремучие умы. – Манера разговаривать у него была своеобразной: обращаясь к собеседнику, он одновременно прислушивался

к чему-то в себе.

– Но пока человечеству не грозит контакт с инопланетянами, – со значением проговорил я.

– Вы уверены?

– Мы для них – так, вроде муравьев. Да, муравьев. Вот по лесу идет человек. Муравьи могут вообразить, что он ищет контакт с ними. А на самом деле человек собирает

грибы или ягоды. Муравьям, озабоченным лишь тем, что происходит в их муравейнике, этого никогда не понять.

– Муравьи? – тонко улыбнулся Мамалыгин. – Любопытно… Но ведь есть ученые, которые как раз и изучают жизнь муравьев.

Разумная жизнь – в любой форме – не может быть неинтересной. И если инопланетяне нас обнаружили, то наверняка изучают.

– Зачем?

– Смысл в том, – тихо и серьезно ответил он, – что всякая молодая цивилизация чем-то похожа на ребенка. А за ребенком, особенно капризным и бойким, нужен присмотр.

Что-то неуловимо изменилось в самой атмосфере комнаты. Я вдруг понял, что меня пригласили вовсе не для разбора моих рассказов, что наш, вроде бы, чисто умозрительный разговор переходит на некие практические рельсы.

– Может быть… – пожал я плечами. – НЛО, невидимые телеспутники, инфракамеры, замаскированные объективы, перехват информации…

– Разумеется, технических проблем в этом отношении для инопланетян не существует, – кивнул Мамалыгин. – Они без труда могут скачать любую, в том числе трижды засекреченную информацию. Но сумеют ли понять – вот вопрос!

Я не нашелся, что ответить, и Мамалыгин заключил:

– Они слишком далеко ушли вперед, логика наших поступков, наша психология, присущие нам побудительные мотивы недоступны их восприятию.

Они не в состоянии понять, к примеру, почему в критических ситуациях люди часто поступают себе же во вред. А это – ключ. Без него никак нельзя. Даже мы, земляне, попав в другую страну, доверяем гиду, живому толкователю местных обычаев, куда больше, чем самому подробному справочнику, – продолжал Мамалыгин.