Любовь моя, разведка!

Не нужно действовать сгоряча, вопрос не такой уж и простой. Для Вас на кону стоит очень многое. Постарайтесь успокоиться и трезво все обдумать. Время есть, торопиться не надо. В принципе, ведь ничего ужасного не случилось. Вчера у Вас было удачное любовное приключение, что же в этом такого? Ну изменили разок жене, такое частенько случается на курортах. Сами говорили – это уже тысячу раз у Вас было. Что делает Вам честь, как мужчине. Плохо то, что какие-то люди тайно провели съемку этого события и теперь имеют на руках свидетельства Ваших похождений с иностранной гражданкой.

Вот это действительно проблема. Помимо этих людей в курсе этого происшествия только я один. Больше никто. В отличие от тех, кто Вас фотографировал, я – на Вашей стороне. Теперь наша с Вами задача – избежать никому не нужного скандала. Для этого нужно сделать так, чтобы не дать этим материалам распространиться среди членов Вашей семьи, Ваших коллег и Вашего начальства.

Собеседник сделал небольшую паузу, давая Понару возможность переварить услышанное.

Говорил он негромко, но уверенно и убедительно:

– Проблему следует решить, согласны? Зачем горячиться, доходить до крайностей, поднимать вселенский шум, звать милицию? Смысл? Наказать меня? Вам станет легче от того, что меня арестуют? Да кто я для Вас? Так, персонаж, которого Вы видите в первый, да и в последний раз в жизни. Здесь и сейчас главный человек – это Вы. Ваша карьера, Ваше благополучие, Ваше будущее.

Проникнитесь этим.

Снова небольшая пауза:

– Повторяю: в этой ситуации я Ваш самый надежный друг. И единственное, чего я хочу – это сделать так, чтобы для Вас этот маленький адюльтер не перерос в большие, в очень большие неприятности. Вы мне симпатичны и мне будет очень жаль, если у Вас начнутся проблемы.

Вновь пауза. Понару молчал.

– У Вас прекрасное образование, Вы – блестящий офицер, впереди – идеальная карьера с Вашими незаурядными качествами и способностями.

Ничто не должно омрачать Вашу жизнь. Самое главное сейчас – Вы сами себе не навредите! Лучше без неприятностей, согласитесь.

Понару сидел на своем шезлонге, упершись руками в край лежака и низко опустив голову. Одна штанина брюк запуталась на ноге, другая лежала в песке. Шевелиться не хотелось. Он лихорадочно пытался сообразить, как вылезти из того переплета, в который он только что угодил.