Петрозаводск

– Коли Киров, поставьте на главную площадь, что ли, только в другом городе, – отвечала жена.

– Какая же ты у меня умница!

– Умница, то-то же, а то все баба-баба…

Ася тяжелой поступью пересекала площадь. Она уже перестала с надеждой вглядываться в лица людей. Ненароком бросила взгляд на памятник. Лёня стоял там, непохожий на мальчонку, которого она проводила на войну. Это был совсем взрослый, другой мужчина.

– Лёня!

Пронзительно раздался крик и растаял в воздухе. Он схватил ее и кружил, пока они не упали в ноги бронзовому приятелю.

Местные все знают эту историю, ну а приезжие и не ведают, что не Киров на площади стоит, а его близнец. А «настоящий» Киров с новой головой в городе Медвежьегорск, куда туристам тоже полезно съездить.

Справка об объекте

Памятник Кирову на площади Кирова

Памятник С. М. Кирову был установлен в 1936 году на одной из центральных площадей Петрозаводска – площади Свободы, которая после этого получила его имя. Бронзовая скульптура действительно была отлита в двух экземплярах (вторая на данный момент установлена в городе Медвежьегорске).

С. М. Киров изображен стоящим, в гимнастерке, подпоясанной «офицерским» ремнем, брюках-галифе и высоких сапогах. Указательным пальцем правой руки С. М. Киров символически показывает на землю Карелии, богатства Севера, в освоении которых он принимал деятельное участие.

Во время оккупации Петрозаводска финскими войсками в период Великой Отечественной войны памятник был демонтирован. Восстановлен в 1945 году.

Памятник

Анна Зуева

Тихой летней, хотя может и зимней морозной, ночью Сергей Миронович переминался с ноги на ногу и еле сдерживался, чтобы не опустить руку. Как ему все осточертело. Этот город, люди, дурацкие насмешливые статуи с соседнего фронтона, хихикающие туристы, фотографирующие его в непристойном ракурсе из-за третьей колонны.

Но больше всего раздражал Петр Лексеич на набережной. Сергею Мироновичу всегда казалось, что хозяин и основатель города как-то по особому надменно косит на него одним глазом, словно сердится на Сергея Мироновича за неизвестные тому прегрешения.

«Больно надо», – думал уязвленный Сергей Миронович в минуты острого одиночества. В глубине души он считал Петра Лексеича вполне правильным товарищем, с которым ему было что обсудить. И не этот хилый городишко, а целый Ленинград. Но Петр Лексеич всегда молча смотрел на озеро, отгородившись от остального монументального сообщества.