Лабиринты памяти

Скорость движения пропорционально угасающим в организме силам постепенно замедляется. Пройдено более половины трубы, в очередной раз останавливаюсь полежать, отдохнуть, выключаю фонарик на лбу. Трубопровод извивается, света впереди не видно. Разворачиваю руку, смотрю на часы – прошло больше двадцати минут. С учетом времени, необходимого на возвращение, я в страшном цейтноте, а то и в минусе.

В то время я был в приличной физической форме, но, скажу честно, на середине трубы все равно сломался. Закончились не только силы, на исходе была еще и воля.

Все ближе и ближе подбиралась паника.

Читать, конечно, легче, чем находиться глубоко под землей в обжатом стенками трубы пространстве, ледяной воде, грязи и темной безысходности.

Повреждение трубы обнаружилось через двести тридцать шесть метров. Не заметить его было нельзя. Стык двух труб полностью разрушился, и одна из них просела примерно на десять-двенадцать сантиметров относительно другой. Я нашел дефект, задача выполнена! Фонарик выхватил из темноты вымытые водой пазухи в земле за пределами водовода.

Получалось, что вода через образовавшуюся щель проникала в грунт, распространялась на значительные расстояния и затапливала подземные сооружения. Видимо, это было только начало. Еще немного, и последствия могли бы быть гораздо более катастрофичными.

Но вернемся ко мне. Место аварии обнаружено, впереди прямой участок и уже виден свет в конце тоннеля. Дергаю за веревку, сигнал о находке передан.

Отдыхаю, собираю последние силы и в полуобморочном состоянии готовлюсь к завершающему броску.

И тут приходит очередное прозрение. Я не смогу проползти через нарушенный стык. Просадка трубы уменьшила диаметр и вперед я уже не протиснусь. Развернуться тем более невозможно. Стрелки на часах пугают: прошло тридцать две минуты, осталось меньше восьми. Даже вперед – и то бы не успел.

Меня предупреждали, что сорок минут – это максимальное время, и что по его истечении рабочие начнут монтаж задвижек. Форс-мажор не рассматривался.

Речь шла об интересах государства, обороноспособности и тому подобном. Я писал расписку и все это знал.

Собрав силы плюс используя заполняющий кровь адреналин, пытаюсь пятиться. Оказывается, что это в разы сложнее, чем ползти вперед. Нужна помощь извне, меня надо тащить. Дергаю несколько раз за веревку, мне посылают такой же ответ. Не понимают. Злюсь, дергаю снова, пячусь.

Сознание уже вовсю фантазирует – гипс снимают, клиент уезжает.