Без грима

Из-за этой аварии на дороге произошло еще несколько ДТП, но водители других машин не пострадали. Приехавшие вскоре полиция и бригада «Скорой помощи» не узнали в человеке с обожженным лицом известного актера – кем является пострадавший, определили позже. Сама Елена Станиславовна сразу же приехала в больницу и теперь ждет, что Игорь придет в себя, хотя врачи уговаривают ее поехать домой. Кроме нее здесь был Михаил Гришин и еще кто-то из знакомых, но к Игорю их не пустили.

Из реанимации вышел пожилой доктор, и, окинув их беглым взглядом, заявил:

– До сих пор без сознания.

Пока делаем иглоукалывание, физраствор, стимуляцию сердца. В большей степени обгорела верхняя часть тела – лицо и грудь. – Фразы доктора были лаконичны, как оттиски печатей.

– Он будет жить? – спросила она, мысленно поморщившись от банальности этой фразы.

– Скорее всего, – мрачно произнес мужчина, – Но на быстрое выздоровление не рассчитывайте.

По ее спине, то ли от его слов доктора, то ли оттого, что заканчивалось действие наркотика, пробежал легкий холодок.

– А увидеть его можно?

– Нет. Когда будут какие-нибудь новости, мы вам позвоним. Советую вам пока поехать домой и наесться успокоительного. – Доктор, не прощаясь, развернулся и ушел обратно в реанимацию.

Елена Станиславовна положила сухую руку ей на запястье, так и смотря в никуда дикими и воспаленными глазами. Марина подумала, что бедная женщина находится здесь с тех пор, как Игоря привезли в больницу, то есть уже два дня подряд. Интересно, ела ли она хоть раз за это время?

Елена Станиславовна так и не спросила ее, где она пропадала все это время: похоже, что столь долгое отсутствие невестки не навело ее ни на какие мысли.

Вероятно, она пребывала в шоке, и поэтому не могла сопоставить элементарных вещей. Вместо этого она почему-то завела странный разговор:

– Ты знаешь, несколько репортеров узнали про то, что случилось, и пришли задавать мне вопросы. Как это некрасиво с их стороны, как бесчувственно. Я сама – журналист, но я бы до такого никогда не опустилась.

– Как вы себя чувствуете, Елена Станиславовна?

– Я… Я – никак, – глухо ответила та.

Сначала ей показалось, что Елена Станиславовна не в себе. Потом она догадалась, почему маму Игоря беспокоят вещи, не имеющие прямого отношения к происшедшему с ее сыном. Мозг ее свекрови судорожно искал лазейки, которые могли бы увести ее от сути происходящего и не дать сойти с ума.

– Елена Станиславовна, вы бы поехали домой, – предложила она.