Рождённый в Бирюковке, или Жизнь на полшестого

Как мне косвенно рассказал присутствовавший там парень, Валера сначала выигрывал, а потом с ним сталось что-то странное, а на утро его известили о сумме проигрыша. Можно добавить, что Вадик был врач и известный в городе катала, но Валера будучи не местным, и всё же хоть и хорошим игроком, но по повадкам – любительского уровня, понятия про Вадика не имел. Короче, его опоили какими-то таблетками, подмешав их в вино, и обули по схеме для лохов.

Об этой истории он мне для начала ничего не рассказывал, но потом его стали преследовать и всё вышло наружу.

Тогда у Валеры возникла странная на мой взгляд идея, что его проигрыш погасит мой отец. Он стал настаивать, чтобы я его об этом попросила. Мой отец – убеждённый коммунист, строитель- работяга, у которого даже линолеума в собственном доме на полу не лежало, был выбран Валерой для этой цели зря. В конце концов, у него для подобного общения были собственные папа и мама, которые от него не отказывались.

Зная свою семью начиная от её финансов, заканчивая взглядами на игры и пьянство – отец не пил и не курил, то мне такое даже не пришло в голову.

Оказалось, что и для моей маниакальной любви имелись в природе стоп-слова.

А поскольку Валера после нашей свадьбы уже гулял по ночам сам, я в это время спокойно спала перед занятиями в институте, устав таскаться с ним за прошедшие полтора года, то однажды возвращаясь под утро он наткнулся на моего папу, который открыв ему дверь уточнил:

– И где ты был?

– Если хотите знать, я зарабатывал деньги! – скорее фальцетом произнёс Валера эту одну из последних своих в моём доме фраз.

– Я тебе сейчас расскажу, где люди зарабатывают деньги, – ответил мой морально дозревший до "серьёзного разговора" отец, и к нам домой Валера "на ночёвку" так больше никогда и не попал.

Заявление на развод от моего имени отец лично сам отнёс в суд, и к следующей зиме мой первый по горячей любви брак был официально расторгнут.

Но когда в шахматном клубе я натыкалась взглядом на своего принца из сказки, то опять в глазах темнело, как в первый раз.

Ну, нравился мне этот красавчик, но теперь строго из далека, бонусы к нему оказались нестерпимыми.

И именно по причине своего убийственного режима жизни Валера никакие турниры выиграть не мог, садясь играть за шахматную доску после трёх- четырёх- пяти ночей недосыпа, он ожидаемо скатывал турниры, начиная их среди самых главных фаворитов.

Нельзя объять необъятное, надо иногда сосредоточиться на конкретной цели.