Иов

Даже с камнями в поле примирение найдешь,

Подобен будешь ты пшенице, что уже поспела,

Детей, как на земле травинок будет, не сочтешь,

Так и до старости Иов, дожить ты сможешь смело.

VI

Иов, мы научились этому всему и знаем твердо,

Что это правда все, поэтому послушай и учись».

И Елифаза, выслушав, Иов ответил скорбно:

«Ты должен был сказать, мой друг, «лечись»

Тогда бы верным было то, что ты так долго рек,

Когда бы на весы возможно положить страданья

И горе все мое, тогда бы оценили вы беды порог,

Что тяжелее всех песков морских и ожиданья.

Вонзились стрелы Всемогущего мне в плоть,

Душа моя горит от яда, что стекает с них.

Оружье Божие мети?т в меня, легко молоть

Слова вам, и рассуждать так о болях моих.

Не с вами ведь случилось все, ослица не орет,

Когда трава вокруг нее, но какова еда без соли,

Белок яйца разве имеет вкус, иль обонянье врет?

Ваши слова, как та еда, их не принять без боли.

Хотел от Бога я иметь, что попрошу, чего желаю,

Хотел бы, чтобы Бог меня разбил, и, руку протянув,

Убил, и буду утешаться в том, поскольку полагаю

Что даже в этом не отверг Его, и ноги протянул.

Не знаю, что еще должно со мной случиться

Не крепок я, как камень иль скала и силы нет,

Но слышал, что друзья должны стремиться

Помочь, когда несчастия приходят, ваш совет

Немного опоздал и не могу на вас я положиться.

Изменчивы вы, как ручьи от тающего снега,

Когда жара приходит, то стремятся испариться.

Подобно тем ручьям и вы, беда моя помеха

Для вашей упорядочной и скучной жизни.

Просил ли я о помощи, но вы совет давали,

Слова ваши, как речь усопшему на тризне,

Которого усердно целый час вы отпевали.

Вы заигрались в словоблудии учености своей,

Наверняка бы стали так играть, чтоб отобрать

Принадлежащее сиротам, и продать друзей

Готовы, но, сколько можно лицемерно врать?

Взгляните мне в глаза, только они еще живые.

Вы знаете меня давно, я лгать бы вам не стал:

Плохого ничего не сделал я, мои друзья родные.

Перемените взгляд свой, от укоров я устал.

VII

Не тяжкий труд ли уготовлен человеку на земле

И дни его, не дни ли батрака, что ждет оплаты?

А может как раба, что жаждет тени, так и я в золе

И суете погряз на месяцы и вместо скудной платы

Лишь ночи горькие отпущены в награду мне

И досыта ворочаюсь, пока горит свеча.