Институт благородных убийц

К полудню, как это обычно бывает, поток посетителей стал жиже, а в обед жизнь и вовсе замерла. Я перезвонил Зинаиде Андреевне, которая в мое отсутствие набрала меня несколько раз, чтобы узнать, что ей нужно. Ей нужно было много чего: и новые лекарства, и узнать, кто достал из шкафа какие-то ее салфетки, и чтобы я купил зубную пасту, – но в основном ей хотелось пообщаться. Я заявил ей, что поскольку сегодня мамино дежурство, то пусть к маме она и обращается. «А разве не ты сегодня придешь?» – невинно поинтересовалась она.

«Нет, не я». – «Вечно я что-то путаю» – хмыкнула она. Разумеется, она все прекрасно помнила, но решила на всякий случай попытать удачу, ну как я передумаю и начну ходить к ней каждый день. Как всегда, после разговора с ней у меня испортилось настроение. До конца рабочего дня мы со Светой обслужили еще в лучшем случае два десятка покупателей, которым продали какие-то мелочи (день, хоть с утра нам так и не казалось, случился неторговый).

Вечером, придя домой, я застал следующую картину: мама сидит на кухонном диванчике, всем своим видом изображая усталость, и исподлобья наблюдает за тем, как Лера (которая, наоборот, была оживленна) что-то готовит.

– Я решила попробовать сделать сегодня голубцы, – придушив крышкой струю пара, валившую из кастрюльки, Лера повернула ко мне лицо. – Скоро будем есть.

– Круто. Ты прогрессируешь как повар, – подбодрил я ее и надкусил очищенную морковку.

– А пахнут они как-то странно, – вставила мать.

Лера поджала губы.

– Зинаида сегодня все кишки мне вытянула, – вздохнула мама, – сил моих больше нет.

Я заглянул в кастрюлю. Там булькало зеленоватое месиво – Лера все мелко порубила и перемешала. А я-то уж понадеялся, что это будут настоящие голубцы, спеленутые в капустные листья.

– Мы столько для нее делаем! Она что, не понимает? Совесть нужно иметь!

– Когда ты подписываешь договор, то слова «совесть» и «понимание» там обычно не значатся, – заметил я. – Ты выполняешь работу. За это получаешь вознаграждение. Если выполняешь плохо – не получаешь.

– И что, надо мной можно теперь, как угодно, издеваться?

– Что ты теперь хочешь? Отказаться от договора? – предложил я. Разговор стал меня утомлять.

– А ты что за нее вступаешься? Мать довели, а он ерничает. Кормишь их, кормишь…

Пришлось слегка осадить ее:

– Погоди-ка. Насколько я понимаю, вчера Лера на полученные от меня деньги приобрела фарш и капусту. А теперь готовит из них…

– Ленивые голубцы, – подсказала Лера.