Любовная дуэль

Тяжесть любви давит камнем на грудь,

Душит, лишает покоя.

Днём не вздохнуть, по ночам не уснуть,

Близок период запоя.

Бремя любви угнетает ярмом,

Нервы гудят на пределе.

Спрячу влеченье под крепким замком…

Только до встречи в постели.

Холодная весна

Тело веригами грусти измучено,

Истосковалось в морозной нужде.

Думы землёю весеннею вспучены,

Радость общенья, симпатии где?

Мысли хрустят ледяными торосами.

Пенится бурно сомнений река,

Опустошая дурными вопросами

Неразделённой любви берега.

Секса дороги – в объятьях распутицы,

В прошлом победы и сладостный грех.

Где вы сейчас, дорогие распутницы?

Я зачерствел без альковных утех.

После зимовки вернутся желания,

Как перелётных гусей караван,

Буйно взметнётся эрекция ранняя,

Плотно окутает страсти туман.

Вместе

Она любит прямолинейность,

А он – окружные пути.

Она ненавидит келейность,

Он сутки проводит в сети.

Прельщает его однотонность,

Ей по сердцу клякс пестрота.

В движеньях его – монотонность,

В её – рваный ритм, быстрота.

Он ценит уют и порядок,

Она же беспечна во всём.

Он бродит в тоске среди грядок,

Ей нравится с печкою дом.

Он слушает рок постоянно,

Она – Берлиоза, Бизе.

Её поведенье спонтанно,

Он верен привычной стезе.

Жизнь сладко течёт без обиды,

Ничто не прервёт эту связь.

Горячего секса флюиды

Сплели их оргазмами в вязь!

Калеки любви

Сидим на паперти с тобой.

Набросив ветошь на скрижали,

Мы тянем руки за толпой,

Чтоб сострадания подали.

Обрубки жалкие двух душ

Мы выставляем – вот потеха!

Взамен имеем скромный куш,

Колючие иголки смеха.

Суём остатки чувств под нос,

Чтоб было очевидно горе:

Скатились жизни под откос,

Желаний обмелело море.

А прокажённые тела

В нарывах лжи, обид и боли —

Союз порока и греха —

Сечём кнутом, играя роли.

От страсти принят антидот,

Удалена с корнями радость.

Нелепый спившийся Эрот

В обнимку с нами будит жалость.

Гангрены совести и дел

Уходят по червонцу – штука.

За гривенник – скупой удел,

Опаутиненная скука.

Стезю в бордовых синяках

Трясём прилюдно, пусть зеваки

Глядят – мы плыли в облаках,

Пока не грызлись, как собаки.

Печальные, бредём домой

На костылях надежды хлипкой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».